Секс без правил

– И большой любитель женщин. А этой всей философией только прикрываете бардак в личной жизни – мол, это не я такой, это я чудо в унитаз спускать не хочу.

– Кстати, об этом. Карина, ты ревнивая? – он очень неожиданно сменил тему.

– Э-э… – я растерялась. – Не знаю. На самом деле, у меня не было повода, чтобы это проверить.

– Собственники обычно знают о своих наклонностях.

– Ну, то, что вы не собственник, понятно. Вряд ли вы станете требовать от других того, чего не требуете от себя.

– Какие занимательные выводы обо мне, но почему ты не отвечаешь на вопрос? Мы обсуждаем пока только ревность, а не график твоих месячных.

– Потому что не пойму природу вашего интереса.

– А просто любопытство не считается?

Я переформулировала его высказывание:

– Не будь я замужем, то решила бы, что вы просчитываете варианты на будущее. Неужели боитесь, что я когда-нибудь начну бегать за вами и устраивать сцены ревности?

Его бровь приподнялась на миллиметр – ему нравится, что я отбиваюсь его же оружием.

– Нет, такой жуткий вариант я не рассматривал, – его улыбка стала еще довольнее. – Просто пытаюсь тебя узнать.

– Думаете, что для эксперимента важен цвет шерсти подопытного кролика?

– Мне нравится, что ты сама себя называешь кроликом – кажется, роли распределились верно. Тогда об экспериментах. Склонность к собственничеству, она же ревность – это важнее цвета шерсти, Карин, – его взгляд снова стал внимательным. Ел бы он с таким удовольствием свой ужин, как меня глазами. – Такие механизмы психологической защиты не возникают на пустом месте.

– О, ну тогда предлагаю провести чистый эксперимент, Александр Дмитриевич! Попробуйте для начала мне понравиться, затем начните изменять – вот и увидим, ревнива я или нет.

Он рассмеялся, спрыгнул со своего стула и подошел к моему. Я развернулась к нему, но его руки медленно опустились на стойку – пока не интимная близость, но и ограничение маневренности.

– Вы что делаете? – не сдержалась я.

– Начинаю нравиться.

– А вы точно понимаете, что искренняя симпатия к человеку и животное желание – разные вещи?

– Понимаю, но мне пока достаточно последнего.

– А как же эксперимент? – я словно до сих пор не теряла призрачной надежды продолжить пустой треп, но уже по черному взгляду понимала – он прямо сейчас перестраивается на другую игру.

Босс протянул руку по стойке, пододвинул тарелку с пирожными, до которых мы не успели дойти. Указательным пальцем зачерпнул крем с одной. Я невольно поморщилась – мне ли не знать, что лакомство Тимура на вкус чудесно, зачем же так портить? Но замерла, когда палец оказался перед моим ртом, а лицо Александра Дмитриевича приблизилось, словно он хотел поцеловать.

– Открой рот, – выдохнул тихо.