Секс без правил

В конце концов, Сережка мне не чужой человек. И вряд ли наше расставание, особенно отсутствие конкретных причин, могло ему дать все ответы.

– То есть никого у тебя нет? – Сережка прищурился. – И не было?

Я не ответила. Врать не хотелось. Еще сильнее не хотелось причинять ему лишней боли. Но Сережка вскочил и заговорил громче, будто бы озвучивая давно прокрученную в голове мысль:

– Тогда это бред какой-то, Карина! Бред, слышишь? У нас с тобой все было отлично! Я просто не могу понять, что сделал не так!

– Ты… Сереж, ты ничего не сделал, – я произносила слова мягко. – Просто в один момент я поняла, что не люблю тебя.

Он снова ошарашенно развел руки в стороны, словно просил у кого-нибудь поддержки, объяснений.

– Почему? И что это значить – любить? Разве это не обычная гармония, когда двум людям вместе лучше, чем по отдельности? Разве у нас с тобой было не так?

– Было так, – признала я. – Но мне чего-то не хватало. Сереж, да пойми же ты, что если бы я вышла за тебя замуж, то потом стало бы еще хуже! Не потому что ты плохой, а потому что мне чего-то не хватало – и я обязательно пошла бы это искать. Можешь думать обо мне что угодно – легкомысленная, глупая, не умеющая ценить важное или адреналиновая наркоманка. Все отчасти правда. И наша семья не была бы счастливой. Вот я и решила разорвать до того, как мы примем действительно серьезные решения.

Сережка смотрел на меня пристально, чуть склонив голову набок. И уже не выглядел пьяным, его выдавал только запах. Рассуждал он определенно здраво:

– Карина, а я вижу все иначе. Это нормальный психоз перед важными решениями, он случается почти со всеми людьми. Закономерный спад сил, депрессия, переоценка, этап, который нужно просто пережить и дождаться очередного подъема. Но только не сжигать мосты, как делаешь ты. Я вот что предлагаю – остыть и подумать. Именно так поступают взрослые люди.

Он был прав. Просто о самой главной причине не знал. И все это время наверняка ждал, когда я одумаюсь и приду к нему, уже с готовыми выводами. Он бы принял, не стал бы осуждать, потому что уже придумал моему поведению объяснения. Но дело-то в том, что за весь период нашей разлуки я о нем почти и не вспоминала! Грустила только поначалу, но слишком быстро растворилась в других эмоциях. А он ждал. И, не дождавшись, пришел сам. Сейчас я снова отговорюсь всё тем же – и Сережа решит, что просто недостаточно времени прошло. И снова примется ждать. А потом опять явится спросить, не повзрослела ли я. И эта мучительная тягомотина может продолжаться очень долго, если не годами, разрушая его жизнь. Вот примерно к чему приводит даже маленькая ложь.

Если что-то нужно отрезать, то рука не должна дрожать. Именно в этом и есть сострадание, именно так следует поступать с людьми, которым не желаешь зла.