Секс без правил

Выводя друг друга из зоны комфорта, мы не заметили, как и стали зоной комфорта для второго. А это неизбежно выливается в более глубокие чувства, в привязку на уровне очень взаимной и прочной симпатии.

Эта мысль неожиданно испугала. Ну, то есть я и раньше прекрасно понимала, что он мне нравится, а я нравлюсь ему. Однако симпатия уже перевалила через какой-то порог – тот самый порог, после которого мужчина мимоходом целует женщину, почти буднично, без подтекста. Просто потому, что забыл напрячься при посторонних, повел себя как обычно – сделал то, чего в данную секунду захотел.

И от этой нежной будничности до серьезной влюбленности рукой подать. Уж я не наивная дура, чтобы не понимать. Пройдет три дня или три недели, и в такой же ситуации он не наклонится, чтобы коснуться меня губами – и я это определенно замечу. Тело заметит, потому что привыкло. Сердце заноет, потому что начнет подозревать невзаимность.

Но ведь прямо сейчас мне хорошо! Зачем рвать то, что сейчас хорошо, а когда-нибудь потом обернется временной болью? Ну уж нет – я возьму от него столько, сколько он захочет дать. Таких любовников не бросают из-за моральных бзиков!

Дома, уже окончательно успокоившись, я то и дело возвращалась к этим размышлениям. Почти равнодушно усмехнулась. О какой предстоящей влюбленности я думала? Она уже есть. Именно это чувство острого нежелания «соскочить прямо сейчас» – и есть индикатор. Я хочу его еще сильнее, чем перед первым разом, я считаю часы до новой встречи, без него мне скучно, а все остальные люди не наполняют эмоции, как он. Влюбленность, самая что ни на есть. А что тут удивительного? Умный, красивый, сексуальный, впечатляющий мужчина, который отличается от любого другого, превосходит любого другого. И он полностью раскрывается передо мной, играет в нашу игру, но не играет роль. Мой – хотя бы в той степени, в которой мы успели друг друга узнать. Я скорее усомнилась бы в собственной женственности, если бы все еще не была в него влюблена. Потому и судить себя за это чувство не собиралась.

Настроение немного упало, но менять я по-прежнему ничего не собиралась. Я буду наслаждаться им, пока он хочет наслаждаться мной. Все, что будет после, – после и будет. И иногда надо стать невыносимым влюбленным Лёхой, у которого до Миши уже было множество «настоящих любовей». И совершенно неважно, проведет он с этим парнем всю оставшуюся жизнь или разбежится послезавтра – суть в том, что прямо сейчас он живет и счастлив.

Единственное, до чего додумалась, – Александру Дмитриевичу о моих чувствах лучше не знать. Тогда он обязательно напряжется. Дело не во взаимной симпатии, а в его фобии. Человек не хочет серьезных отношений и говорил об этом открыто.