Секреты серой Мыши

Логично рассудив, что уложить волосы, а потом натягивать сложное платье — не рационально, ибо эти манипуляции однозначно повредят причёску, взялась выбирать наряд. Разложив на кровати имеющиеся в наличии «туалеты», застыла, пытаясь определиться с выбором. С немым вопросом посмотрела на горничную и та одними глазами указала на тёмно-синее.

— Спасибо и на этом. - я кивком поблагодарила Жаннин и принялась методично «самообслуживаться».

Делать причёску, задирая вверх руки в достаточно тяжёлом платье было ужасно неудобно. Особенно, как в моём случае, при полном отсутствии сноровки. В общем, провозилась я долго.

Стерва Люся, достаточно быстро приведённая в порядок руками умелой горничной, до последней минуты тиранила её то несуществующими складками на своём вишнёвом наряде, то не вполне изящно, на её взгляд, спадающим в районе виска локоном.

Я, сохраняя ледяное самообладание, корячилась (по другому и не скажешь) самостоятельно.

Нет, ситуация меня безусловно раздражала и выводила из себя. Однако, стоило сперва хоть немного оглядеться, определиться с кругом своих реальных полномочий, а потом уж либо решительно открывать рот, либо кардинально ломать эту хреновую тенденцию каким-либо другим способом. А пока, до знакомства с герцогиней, «улыбаемся и машем».

Вымотав дутыми претензиями нервы несчастной девушке и своим мерзким голосом мне, Люсьен с чувством выполненного долга удалилась на завтрак. Мне сие счастье сегодня, видимо, не светило.

С облегчением, явственно проступившем на веснушчатом лице, Жаннин бросилась помогать мне.

С немыслимой скоростью работая пальцами (как будто вокруг нас стояли трибуны, с которых толпа народу, подгоняя и подбадривая её, скандировала: «Жан-нин! Жан-нин!»), девушка успела завершить мой туалет вовремя. (Пропущенный завтрак — не в счёт.)

— Вот оно, «горничное братство» в деле! — восхищённо оглядывая себя в зеркало, подумала я, сердечно поблагодарила смутившуюся от похвалы девушку и, провожаемая ей же, отправилась на первые «смотрины».

Жаннин привела меня в гостиную (думаю, именно так называлась эта огромная, светлая комната), расположенную в этом же крыле, но на втором этаже. Убранство её поражало размахом и помпезностью, изобиловало вычурными деталями."

"Тем не менее, здесь было достаточно много «воздуха». Этот эффект достигался большой площадью, высоким потолком и широкими дверным и оконными проёмами. Думаю, здесь даже вечером достаточно света. Помимо массивной потолочной люстры, я заметила многочисленные настольные и высокие напольные «светильники», равномерно распределённые по комнате.

Лепнина. (Куда же без неё.) Она украшала белый потолок, светло-оливковые стены и каминную полку.