Эмблема с секретом

Но, как увидит что-то редкое да необычное, его перемыкает в один момент, как силовой контур при деформации носового конуса… Целый спектакль разыгрывает! Сперва изображает, что вообще ничего не заметил. Потом просит рассмотреть поближе. Потом небрежно так бросит, что у кого-то там уже есть такой значок и цена ему пара долларов от силы…

Джон отпил из своего стаканчика, удовлетворенно хмыкнул:

– Впервые пью бордо из одноразовой посуды. Да… А кончится все тем, что он будет нести какой-то вздор и предлагать тебе за этот хренов значок… ну, не знаю. Триста баксов, например. Или орден какой-нибудь…

– Зачем тебе орден? – удивилась Барбара.

– Да сто лет он мне не упал! Но им это не объяснишь. Фалеристы все повернутые. Они этого не понимают.

Джон улыбнулся и отсалютовал стаканчиком молодой чете Роббинсов из группы тестирования программ. Роббинсы отсалютовали в ответ и радостно прокричали: «Математиков – в топку!» Они были, что называется, «чистыми» программистами. Барбара и Джон, которые работали в группе алгоритмизации, относились к другой касте, к математикам. Соперничество между программистами и математиками было чем-то вроде прикола, никогда не перерастая в личную неприязнь.

– Пошли потанцуем? – предложил Джон.

Барбара покачала головой.

– Не сейчас. – Она заглянула в свой стаканчик. – Вот еще выпью, тогда видно будет. Пока что настроения нет.

– Что-то случилось?

– Сазерленду премиальных отвесили чуть не втрое больше, чем мне, – надула губки девушка. – А ведь я была основным разработчиком и фактически руководила группой. А он только указания давал. Я даже за него полный отчет написала, когда он укатил в свою Ниццу…

– Ну, сравнила! Сазерленд – основная фигура проекта! Он придумал «обогащенный импульс». Он, по сути, научил «Misty» видеть сквозь броню и бетон. Раньше такого ведь никто не делал… Ему положено. Там не то что десять тысяч баксов – там премия Тьюринга[19] светит!

По залу прокатился смех, кто-то громко и ритмично зааплодировал, кто-то засвистел. Ричард Гайдук из отдела внутренней безопасности, красный, потный и счастливый, отплясывал украинский гопак под тяжелый рок.

Надо сказать, многие из присутствующих успели хорошо «стартануть»: половина стаканчиков с виски были уже пусты. Но, как показывает опыт, развития не последует, за дополнительной «поддачей» никто не побежит. Расслабились, потанцевали, разошлись по домам – таков обычный сценарий вечеринок формата «конференц-зал».

– Надеюсь, он со мной поделится, – без особой надежды сказала Барбара. – Я тоже могла успешно заниматься «обогащенным импульсом».

– Сегодня вечером, Барби, ты будешь заниматься куда более серьезными вещами.

Она усмехнулась.

– Ага. И получу, наверное, за это премию имени Джона Стивенса.