Эмблема с секретом

Да и то связь с ним потеряна лет семь назад, и искать его надо по косвенным данным…"

"Я сутки просидел над телефонным справочником, но безуспешно: следы моего единственного потенциального помощника растворились во времени так же, как след замечательной яхты моего временного друга Алекса. Я уже решил, что эта ниточка оборвана навсегда, но, сидя перед телевизором, вдруг наткнулся в рекламной паузе на анонс каких-то «Свободных лекций профессора Мартина Маркуса».

Грузный самец в рубашке «Burberry», с окладистой бородой а-ля Лопахин уверенно вещал с экрана: «Война давно началась. Мы этого не чувствуем, но мы все под огнем. Это – воздействие. Невидимое. Губительное. Необратимое. Наши потомки будут говорить: “Все началось с Фаррской битвы 1973 года. Мир изменился и никогда уже не станет прежним”. Но, чтобы это открылось потомкам, нужно знать и нам…» Бред, конечно. Но это и был «косвенный признак» – именно у Маркуса работал помощником интересующий меня человек.

И вот я собираюсь на лекцию, благо что проходила она в Вашингтоне, в одном из корпусов частного университета Хопкинса. Правда, посмотрев адрес на карте, обнаружил, что находилось это далековато, на юго-восточной окраине, в не самом благополучном районе города. Но делать было нечего, и я поехал…

Лекция проходила в старом кирпичном здании, похожем на заброшенный заводской корпус времен Великой депрессии. Огромная аудитория с уходящими в темноту высокими потолками. Духота. На длинных деревянных лавках, как на старинном железнодорожном полустанке, расположились слушатели числом около сотни. Профессор Маркус неподвижно стоял за кафедрой, время от времени дергая плечом и делая рукой жест в сторону экрана за спиной. Сидящий за проектором худощавый черноволосый человек послушно переключал кадр, и на экране появлялась следующая фотография.

Люди слушали молча и как-то, я бы сказал, обреченно. Как будто их участь была давно решена и теперь оставалось лишь как-то дожить, дотянуть тот краткий срок, что отпущен нам высшими силами. Обстановка вполне соответствовала духу лекции.

Вкратце суть ее состояла в том, что на юге штата Техас, в окрестностях городка Фарр, существует особая «зона проекции». Участок пустынной земли площадью в несколько десятков километров с незапамятных времен подвергается излучению особого рода. Здесь бесследно исчезают люди, не работают мобильные телефоны, глохнут автомобили, магнитофоны записывают потусторонние голоса, говорящие всякую тарабарщину, а аэрофотосъемка, проводившаяся здесь в начале шестидесятых, каким-то невероятным образом запечатлела вместо песчаных ландшафтов с кактусами… участок поверхности Луны в районе Моря Ясности.

Даже нет желания пересказывать всю эту чушь. Но я слушал внимательно.