Секретный бункер

Судя по всему, он заставил супругу принять яд, а когда она отмучилась, сделал то же самое. Но испытывать предсмертные страдания как-то не хотелось – фюрер был слаб душой и телом, – поэтому зарядил пистолет и выстрелил себе в висок."

"По бункеру разлетелась скорбная весть: фюрер мертв! Бункер замер в торжественном благоговении. Потом тела завернули в армейские одеяла, вынесли через задний ход, положили рядышком в саду рейхсканцелярии и подожгли. Сгоревшие останки закопали в землю. Но где именно, Крейцер не знает – он не бегал по саду за похоронной командой.

Оперативники потрясенно молчали. Какие только мысли не лезли в голову в эту минуту!

– Все же смылся от возмездия, гаденыш… – прошептал Шашкевич.

– Не вынес семейной жизни, – хихикнул Корзун. – Как долго он пробыл женатым? Сутки?

– Так, об этом – никому, – строго распорядился Ракитин, – обнародовать подобные новости мы не имеем права – это прерогатива высокого начальства. Пожелают довести до сведения масс – тогда другое дело. Всем понятно? Рот на замок, и молчок. Елизавета Петровна, вас это тоже касается. И не надо делать такое сложное лицо – симпатичной женщине больше идет быть глупой, чем умной.

– Мы – могила, – обреченно вымолвил Вобликов. – Что там у нас положено за разглашение государственной тайны?

– Уж точно не строгий выговор… – у Корзуна одеревенели губы.

Полковник Старыгин выслушал отчет, сделал судорожный вздох, взялся за сердце. Он молчал, наверное, минуту, свыкаясь с новостью.

– Умеешь же ты впечатлить, Ракитин… Эх, чуток не успели. Ладно. Мы же и не рассчитывали, что это фашистское дерьмо сдастся в живом виде? Ты уверен, что все так и было?

– За что купил, товарищ полковник. Крейцеру нет нужды писать фантастику – не тот персонаж.

– Смерть Гитлера не может быть инсценировкой, на которую купились даже приближенные? А он сам тайком покинул бункер и уже удаляется в сторону Атлантики.

– Теоретически возможно, товарищ полковник, но как-то сложно. То, что сидело на диване с простреленной головой, было точно трупом. О двойнике Адольфа Гитлера нам ничего не известно.

– Что с Траубергом? – сменил тему Старыгин.

– Воз и ныне там, товарищ полковник. Трауберг находится в бункере, и Крейцер втирается к нему в доверие. Будут новости – начнем реагировать. Обстановка накаляется, скоро из бункера побегут крысы. На вашем месте я не стал бы загружать наш отдел посторонними делами, тем более связанными с разъездами. Мы постоянно должны быть наготове. Не сочтите за нежелание работать.

– Ладно, жди, – махнул рукой Старыгин. – От вашего отдела все равно никакого толка. То вы Штерна принимаете за Трауберга, то какого-то долговязого за Отто Скорцени, да еще и с нашими идейными противниками на мосту братаетесь.