Секретный Дозор

Если дорога не будет слишком забита машинами. Уик энд однако.

— Ну, тогда я вздремну, а то, наверняка ляжем поздно, — отозвалась Ирина и, зевнув, откинулась на подушки.

Жара, стоявшая за наглухо затонированными стеклами, пока нас не касалась, и можно было спокойно поспать, не рискуя получить головную боль.

Гоша наклонился ко мне и зашептал на ухо:

— Сережа, она опять до часу ночи ужастики по телевизору смотрела, а потом пришла, разбудила меня и…

— Я, все, слышу, — раздельно, деланно нудным голосом сказала Ирина, не открывая глаз.

— Вот я и говорю, — тут же нашелся Гоша, — что ты поздно ложишься, меня будишь, а потом от этого днем дрыхнешь. Наверно и на работе спит. Так, Алена?

— У меня такое впечатление, что у нас на работе все дрыхнут, — лениво ответила Алена, как мне показалось потягиваясь. Я взглянул в зеркало заднего вида. Не ошибся. Как-никак, а мы уже почти пять лет вместе.

Алена и Ирина занимались рекламой. Вообще-то они детские врачи. Но поскольку государство наше не очень заботится о благосостоянии медработников, то несколько лет назад организовали небольшое рекламное агентство. Поначалу дела пошли не очень, но со временем как-то незаметно наладились. Да еще год назад я им подкинул хорошего клиента. И дело пошло на лад. Так наши доктора и работали вместе в поликлинике посменно в одном кабинете и в агенстве. Тоже посменно.

В нашей дружной трудовой компании несколько особняком стоял только Гоша. Я его знал со школы, и мы были и оставались до сих пор лучшими друзьями. Когда-то чудом он поступил и даже неплохо окончил юридический институт. Около года промучился по распределению в милиции и всеми правдами и неправдами ушел в адвокатуру. С тех пор не бросая свою основную деятельность, хотя и не очень себя, утруждая, чем он только не занимался. Гоша был увлекающимся человеком. Мне было хорошо известно, что он пытался рисовать, писать книги, заниматься йогой и даже таксидермией, не считая уже упомянутого увлечения внедорожной ездой. Сейчас Гоша усиленно готовился к совершению первого в своей жизни парашютного прыжка. Правда, к этому, уже я приложил руку, познакомив его с председателем нашего аэроклуба. За это Ирина на меня была сильно обижена. Она боялась за Гошу. Однако я успокаивал ее, говоря, что ее Сапожников еще не довел до логического завершения ни одного из своих начинаний. Если не считать ралли, конечно. Значит, рассуждал я, и прыжок с парашютом постигнет та же самая участь.

Пора было сворачивать на проселок, и, сбросив скорость, я включил поворотник. Машина съехала с шоссе, мягко перевалила через первую кочку, и мы, слегка покачиваясь, теперь уже не торопясь попылили дальше. Оставалось совсем немного, и я весь был в предвкушении заслуженного отдыха.