Секретный Дозор

Поздоровавшись, он, молча, положил на стол передо мной несколько увесистых коричневых папок. Помнится, что такого цвета была оберточная бумага, в которую еще лет пятнадцать назад в продмагах заворачивали селедку и дефицитный весовой комбижир.

Данилов ткнул рукой в сторону папок и пробурчал:

— Здесь почти все. Изучи. Постарайся успеть за пару дней.

После чего посмотрел на меня. Дескать, вопросы есть?

— Слушаюсь, Василий Петрович.

Шеф еще некоторое время смотрел на меня, словно ожидая чего-то, потом пожевав губами, отпустил с миром, сказав, что я могу идти.

Запершись у себя в кабинете, я приоткрыл окно, заварил свежий чай и, усевшись за стол, развязал шнурок первой папки. Солнце за окном поднялось уже достаточно высоко и начинало парить. Кабинет насквозь, как пулеметными трассерами был прошит его яркими лучами. В отличие от генеральских окон, перед моими не то, что лип, не было даже плохонького американского клена, дающего маломальскую тень. Оба окна смотрели на старое двухэтажное здание, в котором находилось ЧК сразу после революции. Пришлось встать и задернуть шторы. Затем я налил себе чай и занялся папкой. Чай получился невкусным, а содержимое папки не таким интересным, как я ожидал.

Мои вчерашние предположения относительно материалов операции «Фантом» оправдались лишь частично. В основном это были рапорты неких неизвестных мне лиц, просматривавших многочисленные видеозаписи камер наблюдения по Нижнему Новгороду и области. Это были стандартные рапорты, в которых не было ничего интересного. Те из них, в которых обнаруживалось исчезновения людей, были кем-то, видимо шефом, добросовестно помечены оранжевым маркером. Однако я решил, что пропускать нельзя ничего и стал добросовестно штудировать каждый документ. Папка содержала в себе двести двадцать один документ, и когда я, закрыв ее, посмотрел на часы, было уже три часа дня. «Однако!» — подумалось мне, и я покосился на еще три такие же папки, громоздящиеся в ожидании своей очереди на краю стола. Ни за что не успеть, отчаялся я и, чтобы убыстрить работу, стал теперь читать только помеченные рапорты, справедливо рассудив, что при дефиците времени не надо делать лишнюю работу.

К восьми вечера я решил, что пора закругляться и, откинувшись на спинку доисторического, нервно скрипнувшего подо мной стула, сладко потянулся. Оставалась одна, самая тонкая папка, которую можно просмотреть и завтра утром. Получалось, что шеф ничего не выдумал и не приукрасил. Все выглядело достаточно убедительно и, было подкреплено соответствующими документами. В том числе и «Нижегородским меморандумом», который был подшит в третьей папке. Это был достаточно объемный документ.