Секретный Дозор

У двери он обернулся и произнес:

— Вампирша, судя по всему, достаточно молода и неопытна. Видимо ее всего несколько лет, как инициировали. А возможно, что и просто слаба. Такое бывает. По некоторым причинам. Но в любом случае вы все, что могли испортить, уже испортили. И молите бога, что бы она не связалась с Газзаром или с тем, кто ее инициировал. Если она еще здесь, то видимо генераторы Силы все-таки как-то сдерживают нежить. Пока сдерживают. На всякий случай усильте мощность до максимума и не давайте ей ничего кроме воды. Не гасите свет, в темноте они гораздо активнее и сильнее.

— Спасибо за советы, Сергей, — поблагодарил его Данилов, — но генераторы и так на пределе. По-твоему она может уйти?

— В любой момент. Я удивлен, что до сих пор не сбежала. Ваша техника еще очень не стабильно работает, о чем я предупреждал не раз. Ей достаточно даже не полностью уйти в Сумрак. Это называется полупогружение. Она выйдет за пределы камеры… или в чем там она у вас содержится.

— А потом только вы ее и видели. Со всеми вытекающими последствиями для ваших сотрудников. Причем не только в переносном, но и в самом что ни наесть… прямом смысле. Охрана, технари… Эти ребята хоть далеко от нее?

— В том же помещении, а что?

— Тогда, в случае ее побега, вам придется искать и новых спецов. Заодно с охраной, — сказал Сергей и напомнил. — Вспомните лучше Юсупова и Фадеева.

— Мы установим дополнительные генераторы. И… ведь там охрана все-таки, с «минимагами». Поэтому в Сумрак мы ее не пустим.

— Да вы, — Сергей махнул рукой, как бы говоря, что все объяснения бесполезны. — Вы хоть имеете малейшее представление о слоях Сумрака? А? Их ведь много.

— Других слоях? — повторил за Сергеем пораженный генерал. — Ты не докладывал…

— Самим надо было думать, — грубовато ответил Муромцев, сделал на прощанье Данилову ручкой и сказал. — Всего вам доброго, Василий Петрович. Зря вы показались вампирше. Она вам этого не простит.

Оставив шефа в тягостном раздумье, Муромцев сразу, как только покинул здание управления, вызвал Соколова и, сказав, что едет к нему по срочному делу погнал машину на Нижневолжскую набережную.

Вспоминая тот беспокойный морозный январский вечер, Сергей с наслаждением болтал ногами в воде, рассматривая то окружающий его пейзаж, то свои загорелые за лето ноги, которые в темной воде казались почти белыми. Луна давно села и лягушки наконец-то перестали надрывно орать в ближайших зарослях тростника. Природа затихала в ожидании скорого рассвета.

На Нижегородчине, особенно в ее самых северных, таежных районах, где-нибудь там, на, изобилующей белоснежными песчаными плесами Ветлуге или стремительном Керженце, несущем на юг свои красные от торфа воды, в июне и начале июля треть небосвода не темнеет до самого рассвета.