Секретные поручения 2. Том 2

Не хочу!

– Не хотите – что? Не хотите обследоваться или не хотите, чтобы дознание прекратили?

– Я не хочу, чтобы мне кололи эту дрянь! Уберите! Это противозаконно!

– Ну-у, молодой человек!.. Если бы мы хотели вас отравить или одурманить чем-нибудь, мы бы сделали это так, что вы и не заметили бы ничего. А это ведь обычная глюкоза. Детишкам в садике дают такие большие сладкие таблетки. Вам тоже ведь давали, помните? А это не таблетка, это небольшой укол. Дети боятся уколов, а взрослые молодые люди не боятся… Ну ладно. Посмотрите: вот пустая ампула. А вот упаковка. Читаете по-латыни? Вот, эти буквы. Видите? Смотрите сюда. Ну?

Боли не было. Только прикосновение. Укол мгновенный, безболезненный. Врач, или как там его, хорошо знал свое дело. Когда Журбинский заметил торчащий из предплечья шприц, было уже поздно.

– Обычная глюкоза, – повторил врач, доставая иглу. – Ватка. Держите, не уроните.

– Это пентотал натрия, – сказал агент Журбинский. – У вас будут неприятности.

– Пентотал натрия? – удивился врач. – А что это такое?

– «Сыворотка правды», вот что! – Журбинский на миг сжал челюсти. – Это противозаконно!

– «Сыворотка правды»? – еще больше удивился врач. – И вы верите тому, что пишет желтая пресса? Вот уж не думал… Вы же интеллигентный человек, Вадим Викентьевич.

«Я не Викентьевич. И не Вадим. И я не…» Журбинский знал, чего ждать, и потому без труда поймал фразу за хвост. Фраза была похожа на шашлычок с нанизанными на блестящий шампур словами. Хвост у нее был длинный и пестрый, как у золотого фазана. Фазан – птица неповоротливая, глупая. Совсем недурно для первого раза. Главное, вовремя снять с огня, чтобы не пригорело…

– Вот и ладненько, – произнес врач и улыбнулся ему.

Он упаковал в металлический кейс свои склянки и приборы, причем вскрытую ампулу и упаковку, которые только что показывал Журбинскому, положил туда же. Потом измерил ему давление, пробормотал: «Куда ни шло», – и удалился, уступив место за столом другому врачу.

– Ваше имя? Возраст? Место рождения? Национальность? Образование? Семейное положение? Профессия?

Агент Журбинский отвечал легко. Почти не задумываясь. Он ловил яйца в корзину, как в старой компьютерной игре. Он стрелял ожиревших глупых фазанов. Он знал, что желает знать каждый охотник.

Выговориться – значит снять ответственность. Снять ответственность – значит спрятаться. Спрятаться – испугаться. Испугаться – отвлечься. Не отвлекайся, говорил Джошуа Войнич. Это основа. Создай из абстракции образ. И контролируй его. Пусть это будут тыквенные семечки, или семь гномов, или рота легионеров. Держи их в поле зрения, думай о них. Не пытайся стать сильнее и умнее самого себя, говорил Джошуа.