Секретные поручения 2. Том 1

 – Обещаю полное содействие со своей стороны."

"– Ночной пожар в прокуратуре? – усмехнулся Денис. Ему было неприятно, что какой-то боровичок Белов, с которым он познакомился всего несколько минут назад, уже в курсе всех проблем. Зачем Мамонт говорил ему? Ведь обещал сам помочь, в лепешку разбиться. Сам! А теперь получается, что вроде как отваливает в сторону…

– Зачем пожар? – удивился боровичок. – Мы же не «Хаммас». Есть более научные методы. Гэбэшнику время от времени приходится скрывать следы, это отработанная практика, даже спецкурс есть по следственной «дезинфекции». Как-нибудь мы…

– Ладно, – перебил его Мамонт. – Потом. Нам ехать надо, потом переговорите. Включайся, Денис, в работу. И – до связи…

Двигатель «жигуленка» мягко застучал под капотом. Денис вышел и захлопнул дверцу. Мамонт уже о чем-то оживленно переговаривался с Беловым, дергая рычаг передачи. Рассмеялся. Махнул рукой. Машина отъехала от бровки, против всех правил переехала разделительную линию, вырулила на встречную полосу и, развернувшись, помчалась в сторону Нахичевани.

Денис позавидовал им черной завистью. Черти… У них есть дело, еще бы! Настоящее. Они не подглядывают в замочную скважину, не прикидываются шлангами. Настоящее дело, где мозги работают, а рубашка пропитывается горячим потом от тяжелой и опасной работы.

А ему тоже пора. В прокуратуру. И сразу Денис ощутил неприятный привкус во рту. Настойка «Донская», ноль пять, в одиночку, запершись в спальне в час ночи. Окна дома напротив через двор. Скребущаяся в дверь Джоди. Липкий холодный пот. Страх.

Он достал сигарету, прикурил, отвернувшись от ветра. «Жигуленок» давно скрылся из поля зрения. Дул холодный порывистый ветер, бросая в лицо колкие острые снежинки.

* * *– «Известия», пожалуйста.

Денис просунул в окошко киоска смятую купюру, взял газету, зацепил взглядом заголовок первополосной статьи, выдержанный в традициях шестидесятых годов: «НАСА хата с краю, ничего не знаю…» – и направился к зданию прокуратуры – до него отсюда шагов тридцать.

На скамейке у входа маялся жестоким похмельем какой-то оборванец в вытертых добела измятых штанах, коротком коричневом пальтеце и мохеровом берете явно женского фасона. Увидев Дениса, он поднялся и прошел несколько шагов навстречу.

– Слышь, это… Дай рупий пару.

Лицо его было Денису незнакомо – как стертая монета. Без возраста и индивидуальных примет. Просто особь мужского пола. Причем крепко пьющая. Впрочем, Денис в этом плане тоже не образец для подражания. Обломки сознания после алкогольного шторма болтались в черепе, как куски льда в коктейле, да еще гулко постукивали. Они стоили друг друга.