Секретные поручения 2. Том 1

Суханова запомнила «инженера» с правильным носом, ей останется только ткнуть в него пальцем и сказать: вот человек, который меня связывал, он уж точно знает, кто рванул вашего прокурора Степанцова… Но по понятным причинам Денис не собирался вдаваться в объяснения. И Курбатову уж как-нибудь придется обойтись без его участия – это он знал точно.

– Думаю, ради вас, Петровский, мы не станем переписывать Уголовно-процессуальный кодекс, – жестко сказал прокурор. – Есть порядок, его надо исполнять. И уважать работу своих товарищей, кстати…

– Виноват, – сказал Денис.

– Теперь по «Потрошилову»… – Взгляд Рахманова споткнулся о штатное расписание и скользнул дальше вдоль стола, где сидела Татьяна Лопатко. Ее лицо представляло коктейль хорошистки-активистки с первой парты и набирающейся опыта стервы. Как и большинство замордованных работой женщин-следователей, она никогда не пользовалась косметикой и не следила за своими нарядами. Ну, за исключением очень редких случаев.

– Доложите про новое убийство, Татьяна Леонардовна.

Лопатко качнулась на стуле.

– Прошлой ночью, – сказала она. – На этот раз у кемпинга «Русалка», тридцатый километр по Южному шоссе. Женский труп. Множественные колотые раны. Лицо изуродовано. Все повторяется, как и в тот раз. Серия. У меня никаких сомнений.

– Документы какие-то были при ней?

– Только туфли и лифчик порванный. Все. Похоже, труп выбросили из машины, как и тех, остальных. Ни сумки, ни бумажника, ни пакета. Все прочесали по три раза. И этот сукин сын после себя ничего не оставил. Придется ждать, когда ее родственники, или, может, подруги… или сутенер ее очухаются и объявят в розыск. Ну, или не знаю…

– Это уже пятый эпизод.

– Да, Евгений Николаевич.

– Вы уверены, что это серия? Действительно все признаки совпадают?

– Похоже, что так…

Прокурор что-то пометил у себя в ежедневнике. Денис услышал, как Лопатко принялась тихонько пристукивать ногой по полу. Ей, видно, тоже зверски хотелось закурить.

При покойном Степанцове планерки традиционно проходили в дыму и чаду, старый прокурор сам задавал ритм, прикуривая сигареты одну от другой. Денис не замечал, насколько это вошло в его кровь и плоть. Понял только сейчас, при новом прокуроре. Евгений Николаевич Рахманов, залетевший сюда откуда-то с воронежских краев и занимавший теперь это кресло за ореховым Т-образным столом, – он не курил. Сейчас Денису казалось, что при Степанцове было проще. Ладно, он был насквозь продажен, ссучен и выхолощен в профессиональном смысле. Играл не за тех, с кем делил кислый табачный дым и скромную зарплату, а за тех, кто платил ему в твердой валюте. Но было проще, разве не так? Денис знал, что Степанцов продажен, ссучен и так далее. А про Рахманова он не знал ровным счетом ничего.