Секретная сотрудница

Одна из таких особ, эффектная блондинка лет тридцати, с точеной фигурой и лицом не то мадонны, не то блудницы, вскоре стояла перед Турецким (который, к слову сказать, был гол как сокол, если не считать приспущенных трусов) и, невозмутимо глядя пациенту в глаза — рукою в одноразовой перчатке взыскательно изучала на ощупь его мужские достоинства на предмет обнаружения грыжи.

Напрочь сбитый с толку не столько своим видом, сколько этим бесстрастным взглядом, Александр Борисович испытывал целую гамму противоречивых чувств, среди которых преобладало желание положить руку ей на грудь, слегка приоткрытую вырезом легкого белого халата. И поскольку осмотр несколько затянулся, он в конце концов так и поступил. Затем обеими руками мягко привлек блондинку к себе и попытался поцеловать. Но тотчас услышал ее бесстрастный голос:

— Все. Можете одеваться…

Пока врачиха равнодушно заполняла его медицинский листок, Турецкий, разочарованно натягивая брюки, робко поинтересовался:

— Доктор, вы уверены, что у меня там все в порядке?

Ответом ему была загадочная улыбка:

— Я могла бы лично убедить вас в этом. Но боюсь, меня на всех не хватит…

Александр Борисович вышел в коридор, точно опозоренный мальчишка из женского отделения бани, где его просто откровенно высмеяли.

Следующим (будто для контраста) был рентгеновский кабинет, где «важняка» неохотно взяла в оборот сонная медсестра, унылая и плоская, как сушеная вобла, которая вместо эрекции способна была вызвать у него разве что изжогу. Затем последовала целая череда кабинетов, где Турецкого также всесторонне осматривали, прослушивали, ощупывали, подключали к различным медицинским приборам и заглянули повсюду, куда только можно было заглянуть.

К счастью, это хождение по мукам продолжалось недолго. И спустя час с небольшим Турецкий уже сидел в кабинете своего знакомого врача, который, тщательно изучив еще влажные рентгеновские снимки и заключения своих коллег, наконец выдал ему авторитетное заключение о том, что и. о. прокурора следственной части Генеральной прокуратуры по надзору за органами ГУВД Москвы и физически, и душевно абсолютно здоров. И это заключение можно было теперь с легким сердцем вручить Косте Меркулову.

Покинув клинику, Турецкий с облегчением поспешил к станции метро, на ходу размышляя о том, что он намеревался сегодня предпринять. И тут произошло одно неожиданное и настораживающее событие. В одном из переходов между станциями, плывя по течению подземной людской реки, Александр Борисович вдруг интуитивно ощутил за собой слежку! Именно ощутил, потому что немедленно распознать соглядатая в этой многоликой толпе было все равно что искать иголку в стоге сена."

"Вначале Турецкий подумал, что это ему померещилось.