Секретарь старшего принца 8

С каменной плиты его не видно, как не видно и резко отвечающего Элора:

— Стабильное? Ри даже есть перестала! О какой стабильности ты говоришь?!

— Драконы — магические существа, мы в магическом мире, потребность в обычной пище снижена. Хотя для восстановления костной структуры требуется реальное питание, иначе возникнут проблемы при принятии драконьей формы…

— Я знаю, Лин! Но Ри угасает, умирает на моих глазах!

— Пока приборы не фиксируют…

— Я это вижу! Ри не встаёт сама, не ест, ничего не делает. Она словно кукла! Куда посадил — там и сидит. Это ненормально! Что с ней, Лин? Как это исправить? Это воздействие вампирской магии? Проклятье? Что это?

— Вампирской магии в её теле осталось совсем немного. Действия проклятий я не фиксирую.

— Лин, ты это уже говорил! Но подумай, сделай более точные приборы, может, эти что-то упускают? Подумай хорошо, ты же можешь! Разберись, что с Ри, как это исправить, она же… она же!..

Задохнувшись, Элор умолкает. Ходит взад вперёд по лаборатории. Краем глаза я вижу его яркую макушку. А Линарэн, похоже, стоит на месте. Поясняет спокойно:"

"— Ни Валерия, ни я не видим существенных отклонений от нормы. Возможно, Риэль просто не хочет?..

— Не хочет есть?! Не хочет пить?! Не хочет шевелиться? Ри не такая! Она деятельная, целеустремлённая, ответственная, она бы ни за что не оставила всё так! Она же род хотела возродить! Она хотела безопасности, и она её получила! Как она может просто не хотеть двигаться?!

С каждым словом Элор распаляется всё больше, он кричит. Линарэн сохраняет свойственную ему отстранённость, снова и снова повторяет о результатах моих обследований, уверяет в достаточной точности приборов, в том, что рассмотрел все возможные варианты, но Элор уверен: Линарэн что-то не доглядел, не учёл.

Они спорят шумно, Элор то и дело попадает в моё поле зрения: мечется, взмахивает руками, доказывает Линарэну, что тот должен найти способ меня вылечить.

Но я думаю, Линарэн прав: причина в том, что я ничего не хочу. Ни вставать. Ни еды. Ни продолжения рода. Ничего. Я знаю, что должна делать всё это, но… у меня нет желания. Эмоций нет. Я ничего не чувствую из-за того, что ничего не делаю. И ничего не почувствую, если сделаю. Без эмоций нет разницы между бездействием и действием, нет причин к чему-либо стремиться, защищаться. Невозможно сожалеть об упущенном и радоваться достижениям. Даже то, что разумом понимается как жизненно-необходимое, на одном «надо» разума не делается.

Раньше меня убивали эмоции.

Без них я теперь угасаю.

Даже если приборы Линарэна этого пока не фиксируют.

Я умираю.

Ну и что? Между жизнью и смертью разницу я сейчас не чувствую.

— Нет! — резкий возглас Элора привлекает внимание.

Он слишком живой.

Механические пауки сползают с меня.