Секретарь старшего принца 8

И запомни: ты для меня важнее любых дел.

— Это нерационально: оставаться рядом со мной, пока я сплю, когда надо заниматься насущными делами…

Но его упорство, его совершенно неразумные слова будто что-то трогают внутри.

Элор вздыхает:

— В наших отношениях я — средоточие нерациональности и эмоций. Исходя из этого, нерационально отправлять меня заниматься насущными делами: глупостей наделаю. Без тебя никак.

— Оу… — сказать мне нечего, но понимаю, что на это надо как-то отреагировать.

Если всё именно так, то Элору действительно стоит воздержаться от дел до моего возвращения.

Пока же я уютнее устраиваюсь у него под боком и закрываю глаза. В мысли прокрадывается вязкая усталость, но спать так сразу не хочется. А надо. Для начала — просто расслабиться. Мышцы легко подчиняются этому приказу, но разум — нет. Я прислушиваюсь к стуку сердца Элора, его дыханию. Слушаю: встревоженно-частое, его сердцебиение постепенно успокаивается. Успокаивается и дыхание. Он на меня смотрит. Вглядывается в лицо — я ощущаю это даже с закрытыми веками. Я знаю, что он будет смотреть на меня и, может быть, поцелует во сне. Иногда его пальцы осторожно скользят по моему плечу.

Тук-тук, тук-тук… В ритмичном гуле ощущается мощь дракона. Моего дракона. И это родное «тук-тук» увлекает меня всё дальше и глубже в темноту, в сон…

* * *Во мраке ночи светлым пятном надвигается замок. Его силуэт и свет окон вместо ожидаемого спокойствия рвут сердце тревогой. Словно что-то страшное творится внутри. Я знаю, там творится ужас! Но меня, вопреки здравому смыслу, тянет войти. Я знаю, что будет плохо, но меня тянет, тянет, тянет, ноги переставляются, несут навстречу кошмару…

Меня выдёргивает в сумрак, в горячие объятия.

— Всё хорошо, Ри, я рядом!

Судорожно вдыхая, я пытаюсь совладать с заполошным сердцебиением. Пока сердце так безумно трепещет, я не успокоюсь, пока не успокоюсь — не смогу рассуждать здраво, а я должна рассуждать здраво!

Магические сферы разгораются всё ярче, и я заглядываю в бледное лицо Элора.

— Что тебе приснилось? — спрашивает он осторожно.

— Светлый страшный замок в темноте… это… Это… — я резко вдыхаю и выдыхаю, восстанавливая контроль. Мозг, наконец, начинает работать. — Я так понимаю, это мой родовой замок.

— Да, — кивает Элор и прижимает меня к себе, хотя больше в этом нет необходимости: я успокоилась. — Что ещё тебе приснилось?

Пытаясь вспомнить, я остаюсь в его объятиях, хотя отвлекаюсь на ощущение, как он нежно гладит меня по спине, цепляя длинные пряди. Его запах, напряжённость — всё выдаёт всплеск эмоций.

— Кажется, ничего больше, — честно признаюсь я. — Тебе придётся и дальше рассказывать о моей жизни.

— Расскажу. Но сначала тебе надо поесть.

Последняя фраза звучит так знакомо… и уютно.