Секрет темного прошлого

Плен не для таких, как он, и пусть его раны исцелились за время сна, в сердце, как и прежде, пылала ненависть. Стазис не лечит душу, лишь замораживает ее.

И все-таки это было так странно. Я готовилась узреть чудовище, а столкнулась с почти человеком. Внезапно приоткрытые губы мужчины дрогнули, как если бы Зверь продолжал кричать даже во сне. Что, если в стазис было погружено лишь тело, а разум пребывал в сознании?"

"Меня окатила волна ужаса, но уже не от страха перед тем, кого полагали самым жутким творением тайной магии, а от осознания бесчеловечности ловушки, в которую он попал. Считалось, что Антея и Совет Магов не смогли уничтожить Зверя, но вдруг они просто не захотели? Вдруг это была изощренная месть защитнику оплота темных жрецов?

Вечная агония…

Нет! Я резко встряхнула головой. Антея милосердна! Но она всего лишь маг, способный пойти на поводу у себе подобных. Негласное противостояние магов и волшебных существ длилось веками. Слишком жадными до силы и власти были те, чье тело способно преобразовывать магическую энергию и придавать ей иную форму с помощью заклинаний.

Внезапно я оглохла, стены комнаты стали ближе и продолжали надвигаться. Камни подземелья впитали ненависть к захватчикам.

Маги – зло, способное лишь уничтожить, сломать, раздавить то, что не в силах подчинить. Они придут за мной, наденут ошейник и заставят забыть собственную сущность. Будут жечь огнем, заставляя раз за разом трансформироваться, а потом запрут в клетке как дикое животное.

Мне было так страшно, и этот ужас уже был мне знаком. Его я испытала во время превращения в мантикору, тогда мое тело словно нашло единственный правильный выход, поняло, как защититься, но сейчас надежды не было, как не было и нескончаемого потока силы, вливающегося в меня от Эллы. Я была совершенно одна, но вдруг почувствовала, что не одинока.

Я заставила себя поднять голову и обнаружила, что нахожусь у самой границы магического пузыря, а по другую сторону на корточках сидит он и смотрит на меня жуткими, абсолютно черными, лишенными белков, провалами глазниц. Медленно, точно преодолевая невидимую преграду, мужчина протянул руку и положил ладонь на незримую границу своей тюрьмы. Неосознанно, словно ведомая чужой волей, я повторила его движение и рухнула с высоты в сияющий тоннель.

Я падала, и свет гас, погружая все вокруг во мрак, а я летела дальше, не в силах остановиться или хотя бы замедлиться. Абсолютная тьма вокруг меня уступала место свету, странное багряное светило прочерчивало голубое небо, а потом оно стремительно темнело, а в темноте загорались незнакомые мне звезды.