Наш секрет

На лице Златовласки ни единой эмоции. Она быстро проводит кончиком языка по пересохшим губам. Чертовски соблазнительно и провокационно, но вовсе не наигранно.

— Я просто… откуда-то знаю, что ты не сделаешь мне больно, Ваня. Не сможешь.

— Не смогу.

В комнате воцаряется напряженное молчание, которое первой прерывает Саша:

— Продолжим? — спрашивает неуверенно.

Втянув воздух сквозь зубы, я зарываюсь пальцами в ее густые длинные волосы.

— Рот открой шире, — произношу негромко."

"Саша делает, как прошу. Подается ближе, касаясь теплым дыханием каменной эрекции. Обхватывает губами головку. Я взгляд оторвать не могу. Стою, словно замороженный, и наблюдаю сверху. Как глаза прикрывает, как двигается навстречу.

Несдержанно проталкиваю член между пухлых манящих губ, ощущая, как горячая кровь молниеносно проносится по венам. В паху простреливает от вожделения и похоти. Эмоции на грани, наружу. Я с трудом останавливаю себя, чтобы не войти в Сашку глубже. Пальцы в кулаки сжимаю, стискиваю зубы. Пусть сама. Как умеет. Есть в ее неопытности что-то особенное. В каждом жесте и движении. Что-то такое, отчего двести двадцать прошибает.

— Саш, посмотри на меня.

Она вскидывает взгляд. Затуманенный и потерянный. Щеки розовые, рот влажный от слюны. Если бы не озвучила ранее, что никогда в жизни не делала минет, я догадался бы сразу же. Слишком робко и неуверенно Саша сосет. Мне. Первому.

Она перемещает ладони на мой живот, поглаживает мышцы пресса. Сердце долбится о ребра как сумасшедшее, пульс нарастает, зашкаливает. Особенно когда Златовласка, не прерывая зрительный контакт, вбирает мой член глубже. Еще и еще. Пока в уголках карамельных глаз не собираются слезы. Концентрированный, ничем не разбавленный, яд.

— Хватит.

Я отстраняю ее. За локоть приподнимаю.

Саша вытирает рот ладонью. Губы алые, припухшие. Хочется впиться в них своими и терзать до бесконечности.

— Забирайся на кровать и снимай трусы.

— Хорошо, — послушно кивает Златовласка. — Не забудь про презерватив.

Она покорно оголяется, пока я вожусь с рубашкой, снимаю брюки и достаю из кармана презерватив. Черт знает, зачем он ей нужен. Без него ощущения ярче и острее. У Саши было время, чтобы в этом убедиться. Но спорить я не намерен, слишком сильно не хочу всё испортить. То, что сейчас между нами. Хрупкое, почти неосязаемое. Чуть подуешь — и пошатнется, на хрен разрушится.

Златовласка встает коленями на матрас, спиной ко мне. Умница, помнит, как я люблю.

Упирается ладонями в изголовье кровати, прогибается в пояснице. Как загипнотизированный, стою и разглядываю ее. Светлую нежную кожу, струящиеся по плечам волосы и узкую талию. Аппетитную задницу, широко расставленные ножки и влажные половые губы. Она возбудилась? Когда сосала? Мне?

Блядь, какая же охуенная.