Наш секрет

С облегчением выдохнул, когда, получив одну травму за другой, я вынужденно завязал со спортом. Давить… Не давил, нет, но считал, что нужно заняться чем-то серьезным. Вот, пожалуйста, теперь у меня есть металлургический завод. Ставки в игре были слишком высокими, нешуточный азарт взыграл. Я поставил оставшуюся часть наследства от деда и не прогадал. Клуб был закрытым, туда только по знакомству пускали. Фортуна в тот вечер оказалась на моей стороне: я сорвал куш и остался в плюсе. Думаю, теперь отец доволен. К роду моей деятельности пожеланий больше нет. Только к личной жизни.

— Я просто хотел сказать: держись за Сашу, не отпускай, — произносит отец, отойдя от окна.

— Как-нибудь разберусь.

— Разберется он. Ослом будешь, если профукаешь такую девушку."

"Я выхожу из комнаты и спускаюсь в гостиную. Внутри кипит раздражение. Не на отца — на ситуацию в целом. Абсурдную, тупую до невозможности. Если бы знал, что Сашка так всем понравится, отказался бы от поездки к родственникам.

На улице тепло, солнечно.

Златовласка смеется в компании Марины. Классная такая, когда без косметики. Выглядит совсем девчонкой. Удлиненная куртка, штаны на два размера больше (мать одолжила). Волосы распущены, переливаются при дневном свете.

Мы идем на прогулку. Я с Пашкой — позади, мать, тетка, Марина и Саша — впереди. Брат рассказывает о проблемах с налоговой, я слушаю вполуха и смотрю в спину Златовласке. Хочу вновь видеть ее такой, какой видел ночью. Вкусной, голой, расслабленной, страстной. Хочу чувствовать ее в своих руках.

Я бы и рад за Сашку держаться. Крепко-крепко. Но разве она подпускает? Наверняка мысленно отсчитывает дни до окончания отдыха. Постоянно переписывается с кем-то, созванивается. Скучает. Она со мной, но не моя. Не полностью точно. Я делаю шаг навстречу — Саша на десять отступает назад. Она убегает — я догоняю и напираю. Так и живем. Сказать, что меня это устраивает? Нет, не так. Коробит, злит. Хочу, чтобы сама тянулась, а не потому, что должна или обязана.

Проснулся сегодня утром, Саши нет. Постель пахла ею и свежестью. В голове навязчиво крутились картинки минувшей ночи. Тихие протяжные стоны, мое имя на сладких губах. И тело. Такое гибкое, что в любую позу поставь — охрененно смотрится.

Я спустился к бассейну, потому что сию секунду захотелось увидеть Златовласку. Она дрожала, когда целовал живот и бедра. А потом выпалила: «Тебя слишком много, Вань». Эти слова ударили под дых. Каким-то неполноценным себя почувствовал. С самооценкой у меня полный порядок, но Саша одной фразой растоптала ее и уничтожила.

Словно угадав, что я о ней думаю, Златовласка оборачивается и ловит мой взгляд. Вспыхивает, посылает натянутую улыбку. По спине и плечам волнами растекается жар и устремляется к паху.