Седьмое небо в рассрочку

Жаль, ух, как жаль, что Дубенич далеко. Иначе зубы Лехи не друг о друга терлись бы, издавая симптоматичное скрипение, а вонзились бы Юре в глотку.

– Молчишь? – рассмеялся Дубенич. – Неужели вы докопались? Хм, у меня неплохое чутье, вовремя я слинял.

– За что? – выдавил Шатун, ибо Юрка остался для него неизведанной галактикой.

В паузе он присел на скамейку у могилы рядом с обочиной кладбищенской дороги. Шатунов не смог нажать на курок, зная, что на больничной койке лежит прямая убийца, но эту гадину, голос которой бил по нервам из трубки, пристрелил бы, не дрогнув!

– Видишь ли, корни далеко в прошлом. Шатун, ты вторгся в сферу, куда я тебя определил временно! Ты это слово понимаешь или нет? У меня выгорало крупное дело, я не мог его бросить, временно передал тебе. Но ты не захотел уйти, когда я просил. Вдруг из тупорылого Лехи-бревна ты превратился в акулу капитализма, захватив мою вотчину.

– Ты купил завод, называешь его своей вотчиной? – перебил Шатунов.

– Я наметил его себе, намекал тебе об этом. И пивзавод должен был перейти ко мне, а ты меня обставил. Ну кто ты такой, черт возьми!

– А… – усмехнулся Шатунов. – Зависть, да?

– Возмущение. Тебе надлежало сидеть в Погореловке и не вякать, извини за цинизм.

– Почему ты заказал Ксению?

– И ты б заказал, будь на моем месте, – убеждал Дубенич. Он не чувствовал себя виноватым, абсолютно! – Видишь ли, ее боялись меньше, чем меня. Она раскрутила моих людей, сильно их запрессовала – молодец. А двое стукнули мне! Я приставил к ней шпика и вдруг узнаю, что вы встречаетесь, а она замужем. Я не стал разбивать семью… я просто ее уничтожил. К сожалению, киллеры не нашли на меня досье, хотя искали и у нее дома, и на даче.

– Значит, их тоже ты уничтожил.

– Конечно. Я всегда зачищаю хвосты.

– Неужели завалил всех троих за раз? И они, спецы-убийцы, дали себя застрелить?

– Исполнители люди, а мой конек – хитрость. Они не ждали, что приду с пушкой в кармане и замыслом, я ведь представился моим адвокатом Кукиным – интеллигентным, трусоватым добряком. Загримировался: парик нацепил, бородку, очки. Я привез им кейс бабла. А что такое гора желанного бабла? Они начали пересчитывать и потеряли бдительность: жадность – великая сила. Должен признаться, пришел-то я не один, со мной приехал верный парнишка, он крался за мной и лысым идиотом, потом стрелял из засады по моему сигналу.

Шатунова бесил и его тон, и то, что он говорил, да толку-то! Сейчас Леонида Федоровича интересовало, что он сделал с Сабриной, она ж не чужая ему. Он давно отключился б от связи, но хотел знать:

– Мою дочь тоже зачистил?

– Нет, – протянул Дубенич, смеясь. – Сабрина меня обворожила, я сходил по ней с ума. И придумал, как взять ее, вот послушай, это очень остроумно.