Седьмое море

— Алиса работает у отца?

— Ее не отец туда устроил. Она работает референтом у Даниила Голицына.

— Но разве у Голицына есть такие полномочия? То есть он может себе позволить взять в секретари дочку самого Сажина?!

— Тут такая вышла история.

Зебриевич тяжело вздохнул и со слов своих друзей, Голицына и Сажина, попытался донести до Алексея суть проблемы.

— Я лишь сторонний наблюдатель, — сразу предупредил Семен Абрамович. — Один говорит одно, другой другое. Но в общих чертах дело было так…

…Поначалу Сажин обрадовался, что дочка зачастила к нему на работу. И даже сказала:

— Пап, я жалею, что поступила на международную журналистику. Мне следовало пойти в финансовую академию. Экономика и маркетинг — вот что меня теперь интересует. Мне нравится у тебя в офисе.

«Мне нравится у тебя в офисе…» Кретин! Что интересного для девятнадцатилетней девушки может быть в конторе, где с утра до вечера звонит телефон и где люди заняты решением скучных проблем: сбыт, доставка, ассортимент?.. Но Сажин принял все за чистую монету, потому что Алису он обожал. Серьезная девушка, у которой почему-то нет парня. И которой отец предрек мужчину с арбалетом. Не ошибся только в одном: парни дочку не интересовали. Двадцатилетние сопляки, ее ровесники, мигом пасовали перед девушкой с рапирой. Защита — ответ. Реакция Алисы была молниеносной, а они, эти инфантильные юнцы, заметно тормозили."

"В кабинет Дана Сажин, как всегда, вошел без стука. Просто толкнул дверь ногой: где, мать его, этот «генеральный» тупица? И оторопел. На коленях у Дана сидела Алиса. Они целовались. При виде отца Алиса вскочила, но из кабинета не выбежала. Так и осталась стоять у кресла, в котором медузой растекся Дан. Вот он испугался. Сделался белее мела, губы задрожали.

— Алиса, выйди, — велел отец.

— Нет.

— Что?!

— Все, что ты хочешь сказать, папа, смело говори при мне. У нас с Даном нет друг от друга секретов.

Сажин на какое-то время потерял дар речи. Она сказала — Дан?! Да он же в два раза ее старше! Какой мерзавец! Кулаки невольно сжались.

— Да, Дима. То есть Дмитрий Александрович, — видя, как смело ведет себя Алиса, Голицын заметно приободрился. — От вас никаких секретов. Мы и не прячемся.

— Ты же, сволочь, женат!

— Ты прекрасно знаешь, в каких отношениях мы находимся с Анжеликой. — Дан важно поправил галстук. — Мы давно уже не спим вместе…

— Заткнись! — рявкнул Сажин. — Не то я тебе рот заткну!

— Папа!

— Ты что, не понимаешь?! Ты еще девочка, а он, развратная скотина, тащит тебя в постель, пользуясь твоей наивностью!

— Да это я его тащу! Я!

— В самом деле, Дима, — поежился Дан. — Ты бы сначала разобрался.

— Алиса, выйди!

— Никуда я не уйду!

Она сверкнула глазами. Скрестились два грозовых взгляда, в обоих молния.