Седьмое море

Какая же у Дана красивая жена! Холеная, уверенная в себе, в своей неотразимости. Настоящая модель! Такие женщины снимаются в глянцевых журналах, и мужчины сходят по ним с ума.

В этот момент к крыльцу подкатил черный «Мерседес», водитель вышел из машины и почтительно открыл перед Голицыным переднюю дверцу:

— Пожалуйста, Даниил Валерьевич.

Потом помог усесться Анжелике. Та брезгливо подобрала полы своего белоснежного пальто, чтобы не испачкалось о грязный порог. Хлопнула дверца, и Голицыны уехали. Даша стояла как оплеванная. И она всерьез считала свою жизнь нормальной?! Да просто потому, что не видела, как живут люди, у которых жизнь по-настоящему удалась! А у Голицыных она явно удалась. Небось в ресторан поехали. А не по оптовым рынкам, закупать продукты на неделю вперед.

— Милая, ты в порядке? — заботливо спросил Дима, беря ее за руку и заглядывая в глаза.

— Да иди ты! — Она вырвала руку и кинулась к машине.

Ночью она наглоталась успокоительных таблеток. Дима, который сразу почувствовал неладное, вышиб плечом дверь в ванной комнате и вызвал «Скорую». Пока она ехала, сделал жене промывание желудка. Даша рыдала и кричала:

— Ненавижу тебя! Ненавижу!

— Тихо, Алиса все слышит, ради бога, тихо, — уговаривал ее Дима. Потом не выдержал и в сердцах сказал: — Эгоистка! О ребенке хотя бы подумай! Мамочка заболела, — сказал он испуганной Алисе, которая босиком стояла в коридоре, переминаясь с ноги на ногу.

С неделю Даша пролежала в больнице. Все эти дни она корила себя. Сама ведь училась на психолога и не смогла справиться со своими чувствами! А еще издает журнал с уклоном в психологию! Но стоило только закрыть глаза, как Даша видела Дана, выходящего из офиса под руку с ослепительной Анжеликой, и с губ невольно срывался стон.

Потом у Даши наступила тяжелейшая депрессия. Ей ничего не хотелось, она часами лежала, отвернувшись к стене, журнал «Я моя» загибался.

— Я не хочу больше слушать твоих возражений, — решительно сказал Дима. — Иду в турагентство и покупаю тебе путевку.

— А как же Алиса?

— Мы справимся. Мама приедет.

— И куда я поеду? — вяло отнекивалась Даша.

— В Египет. На Красное море. Говорят, оно очень красивое.

— Одна? — испугалась она.

— Одной и в самом деле нехорошо будет, — нахмурился Дима. — А я уехать из Москвы сейчас не могу. Отпуск мне никто не даст. Поедешь с сестрой.

— Со Светкой?

— А что? Плохая компания?

— Нет, отчего же. А деньги?

— Дан сказал, что поездка в Египет стоит дешево. Они с Анжеликой там были уже три раза. Теперь предпочитают Европу.

— Дан сказал! — горько улыбнулась Даша. Кажется, Дима так и не понял, из-за чего она пыталась покончить с собой. От отчаяния, что Дан ей так никогда и не достанется. Они люди из разных миров. Даше остается лишь молча страдать. Чудес не бывает.