Седьмое море

Международные отношения сам знаешь какие. Тут чистой воды психология, — поморщился Панов. — Надо поговорить с каждым из их компании и на основании психологии и главным образом интуиции понять, что там на самом деле случилось. Но это фигура высшего пилотажа.

— Я понял, — кивнул Леонидов, — можешь больше не подлизываться. Черная кошка в темной комнате. Помнится, я ее уже искал. А если ее там нет?

— Нет так нет, — пожал плечами Панов. И осторожно спросил: — Ну, так я перекидываю тебе Даниила Голицына?

— Давай, — как можно безразличнее сказал Алексей. Он уже нутром почуял: дело необычное.

«Мне это надо, — подумал он, глядя, как отъезжает от отеля машина Панова. — Пока не знаю зачем, но мне это надо…»

…Даниил Голицын его разочаровал. Фотокамера миллионеру явно льстила. Есть люди, обладающие редкой фотогеничностью, один из них, должно быть, и ввел в моду селфи. Счастливчики типа Голицына одинаково хорошо выглядят на всех без исключения фотографиях, при любом освещении и антураже. В жизни Даниил Валерьевич не производил такого ошеломляющего впечатления, хотя, безусловно, был мужчиной видным. Мечта любой женщины, не быдло какое-нибудь, весь, от новеньких ботинок из натуральной кожи до идеально выстриженной макушки, — олицетворение успешности и гламура. Волосы у Голицына были темные, глаза серые, лицо в общем-то скучное, ровно до того момента, пока Даниил Валерьевич не улыбнулся. Что-что, а улыбаться он умел.

«Должно быть, долго тренировался перед зеркалом, — с неприязнью подумал Алексей. И тут же одернул себя: — Не завидуй, расслабься».

— Присаживайтесь, Даниил Валерьевич, — гостеприимно предложил он.

— Не понимаю, зачем я здесь? — раздраженно сказал Голицын, опускаясь на стул и брезгливо поддергивая брючины. Носки у него были знатные, по цене костюма для простого смертного.

— Пол чистый, — не удержался Алексей, наметанным взглядом оценив носки. Олигарх хренов. — У нас в штате имеется уборщица.

— Я рад за вас. И все-таки что я здесь делаю?

— У вас ведь жена пропала.

— Я уже трижды был в полиции, в Питере. Сначала в порту, потом меня сопроводили в отделение, и, наконец, я имел беседу с каким-то важным чином.

— Должно быть, вы очень старались найти свою жену, — вздохнул Алексей. — Этот чин озаботился вашей проблемой и попросил меня вам помочь.

— А вы кто такой? — подозрительно спросил Голицын.

— Лучший сыщик.

— Лучший где?

— Возможно, во всем мире.

— От скромности вы не умрете.

— А у вас, похоже, отсутствует чувство юмора.

— Может, хватит? Вы понапрасну тратите мое время.

— Мое, я так понимаю, вы не цените? Хорошо. — Алексей снова вздохнул. Уже понятно: просто не будет. — Даниил Валерьевич, ваше дело передали по месту жительства. Отныне вашей проблемой буду заниматься я.