Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

С трудом высвободившись из его когтей, он всё же бросился к Лю Цингэ, обратившись к нему с прочувствованными словами:

— Шиди Лю, дозволь этому шисюну дать тебе совет. Не дело, что у тебя на уме одни лишь тренировки — так и до умопомешательства недалеко!

Лю Цингэ не ответил ему, а Шэнь Цинцю уже нетерпеливо постукивал черенком веера по оглобле, так что Шан Цинхуа поспешил назад.

Правя повозкой, он на протяжении пути не сводил глаз с Шэнь Цинцю.

Тот сперва не обращал на него внимания — он углубился в книгу, облокотившись на бортик повозки, однако постепенно его лицо мрачнело. В конце концов он бросил, недобро прищурившись:

— Что ты на меня уставился?

— …Шисюн Шэнь, я не хотел вам говорить, но, раз вы сами спросили… вы держите книгу вверх ногами.

Замерев на мгновение, Шэнь Цинцю вспыхнул, схватившись за меч."

"— Нет-нет-нет-нет, прошу, не поддавайтесь порыву!!! — испуганно залопотал Шан Цинхуа.

Ему ли не знать этого бессовестного [8] субъекта Шэнь Цинцю: осрами его раз на публике — и он это на всю жизнь запомнит, а Шан Цинхуа только что имел глупость сделать ему замечание! Однако для человека, который довёл до совершенства способность при любых обстоятельствах сохранять хорошую мину при плохой игре, так что имел полное право держать книгу вверх ногами, если ему вздумается, Шэнь Цинцю отреагировал как-то чересчур сильно.

Впрочем, его можно было понять: Шэнь Цинцю только что попытался сделать доброе дело против своих правил — и чем это для него обернулось? Почему бы ему просто не сказать Лю Цингэ: «Я лишь хотел помочь», — однако же он не пожелал. Ладно, не хочешь сам, позволил бы объясниться за него Шан Цинхуа — но и тут Шэнь Цинцю оборвал его, то ли из неловкости, то ли попросту смутившись — кто ж его разберёт? Этот человек воистину состоял из одних извилин и зигзагов [9], вечно мучая себя и других по надуманным поводам.

Шэнь Цинцю продолжал таращиться на него, словно змея и скорпион в одном лице, и от этого взгляда на спине Шан Цинхуа выступил холодный пот.

Немалое время спустя Шэнь Цинцю, подавив вздох, вновь откинулся на бортик повозки, зачехлил меч и попытался успокоиться.

— Шан Цинхуа, заткнись, а? — процедил он с неискренней улыбкой.

Однако его собрат не смог удержаться от того, чтобы, подняв руку в умиротворяющем жесте, взмолиться:

— Дозволено ли мне будет сказать ещё кое-что напоследок?

Потирая правый висок, Шэнь Цинцю приподнял подбородок в знак согласия.