Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

— Наконец-то пожаловал мой наставник, посмотрим, как ты теперь посмеешь творить бесчинства!

Тем временем перед Главным залом собиралось всё больше людей, достигнув нескольких сотен, и их негодование также росло — обступив вторженцев со всех сторон, ученики в одинаковых одеждах принялись теснить их к павильону. Несколько демонов, подгадав удобный момент, попытались было прорвать окружение, и Шэнь Цинцю воспользовался случаем попрактиковать новые умения: ловким движением подхватив демонов, он тут же поднял их в воздух, чтобы швырнуть к ногам Ша Хуалин."

"Демоницу всегда отличали ум и изобретательность — только что она совершила дерзкое нападение, пользуясь тем, что охрана пика изрядно расслабилась — ведь хребет Цанцюн славился как самая сильная школа — и, опять же, она выведала, что Юэ Цинъюань покинул свою гору по делам, а значит, там не осталось никого из старшего поколения, чтобы навести порядок; теперь же, чувствуя, что это для неё добром не кончится, Ша Хуалин моментально сменила тон:

— На сей раз мой народ пожаловал к вам отнюдь не ради драки. Прослышав о том, что школа Цанцюн на Центральных равнинах [11] изобилует талантами [12], мы поддались любопытству и потому захотели подняться в горы, чтобы обменяться опытом и наконец увидеть всё собственными глазами.

— Благодарю за лестные слова! — отозвался Шэнь Цинцю, помахивая веером. — Однако, если вы прибыли лишь для обмена опытом, зачем же тогда выбрали время, когда глава школы в отъезде? Зачем было разрушать Радужный мост? И, опять же, зачем вы ранили стольких учеников моей школы? Где это видано, чтобы обмен опытом происходил таким образом?

Ша Хуалин закусила губу, решив прибегнуть к своим девичьим чарам. Накручивая на палец ниспадающий на щеку локон, она начала, растягивая слова:

— Несомненно, это прославившийся на весь мир [13] «Меч Сюя», старший мастер Шэнь Цинцю — воистину лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Лин-эр ещё слишком юна, а потому неспособна управлять своими подчинёнными как следует. Если она по недоразумению провинилась, прошу бессмертного наставника [14] великодушно простить её.

Однако сколько бы мёда ни было в её речах, это не могло затронуть сердце Шэнь Цинцю — уж кто-кто, а он отлично знал, как в этой истории обстоят дела [15].