Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

— Учитель, я хочу вас спереди…

А больше ничего не хочешь?!

— Не нарывайся, — не на шутку помрачнел Шэнь Цинцю и развернулся обратно, про себя пробурчав: «До чего щепетильный ребёнок!»

Ему, что, недостаточно того, что Шэнь Цинцю отдаётся ему по доброй воле?

Мог ли он предугадать, что Ло Бинхэ тотчас перевернёт его обратно, словно блин на сковородке, горестно воззвав:

— Учитель правда не хочет видеть моего лица?

Его лоб уже покрылся капельками пота, нос покраснел, а глаза подозрительно заблестели.

Шэнь Цинцю ничуть не сомневался, что, отвергни он сейчас притязания ученика, тот немедля разревётся в голос.

Одна мысль о подобном причиняла нестерпимую боль, изрядно смягчая его сердце, а потому у него против воли вырвалось:

— Дело не в этом.

Тут-то Ло Бинхэ и ударился в слёзы:

— Тогда почему вы всегда поворачиваетесь ко мне спиной?

«Право слово, ты слишком много думаешь… И когда только ты успел сделаться настолько чувствительным? — промелькнуло в голове у Шэнь Цинцю. — Ладно, забудь! Уж лучше вовсе наплевать на своё старое доброе чувство собственного достоинства, чем без конца утешать Ло Бинхэ».

— Ладно, ладно! Спереди так спереди! Только не плачь! Посмотри, на кого ты похож!

Дальнейшее лишний раз показало, что слезам Ло Бинхэ поистине грош цена: он мог проливать их, не охнув, и точно так же осушать их, словно по команде. Склонившись, он робко протянул руку, проведя рукой по телу учителя.

Природа одарила Шэнь Цинцю тонкой талией и длинными стройными ногами — теперь, когда их тела переплелись, между ними открылся весьма соблазнительный вид на глубокую расщелину меж двух идеально округлых ягодиц.

Слегка подрагивающими ладонями Ло Бинхэ огладил гладкую кожу внутренней стороны бёдер Шэнь Цинцю — тот поневоле поёжился. По-видимому, опасаясь, как бы он не взял своих слов назад в последнее мгновение, Ло Бинхэ отвёл одно из бёдер, засунув внутрь палец другой руки.

Он оказался скользким и влажным, словно Ло Бинхэ как-то умудрился окунуть его в смазку, и с лёгкостью вошёл, чтобы быть тотчас обхваченным горячими нежными стенками.

Ощущение тонкого пальца, толкающегося вовнутрь, время от времени слегка сгибаясь, было весьма необычным — Шэнь Цинцю почувствовал, как по спине поползли мурашки, а кожу головы слегка покалывало. Ему оставалось только диву даваться, когда это ученик разжился столь подробными сведениями о подготовке к соитию, не говоря о средствах.

Ло Бинхэ затаил дыхание, следя за его реакцией. Когда он добавил третий палец, Шэнь Цинцю резко втянул воздух, ощутив лёгкое жжение. Схватив Ло Бинхэ за плечо, он процедил сквозь стиснутые зубы:

— …Помедленней.

С готовностью закивав, Ло Бинхэ и впрямь замедлился, прилежно следуя указаниям учителя, словно младенец, учащийся ходить.