Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Опасаясь, что она вот-вот воспользуется духовной энергией, навлекая на себя ту же участь, Шэнь Цинцю крикнул ей:"

"– Успокойся!

Старый глава Дворца, напротив, продолжал орать как оглашенный:

– Быстрее! Поторопись! Разве ты не просила меня помочь тебе свершить возмездие? Он же едва держится на ногах – добей его!

Взгляд Шэнь Цинцю встретился со взглядом широко распахнутых глаз Цю Хайтан, руки которой все еще подрагивали от напряжения. На самом деле он не питал к ней вражды – в конце концов, она была одной из жертв его злобного предшественника – однако, если она будет упорствовать, он вынужден будет защищаться.

Но, похоже, ненависть Цю Хайтан тоже имела свои пределы: переведя взгляд с Шэнь Цинцю на привалившегося к его плечу Ло Бинхэ, она вместо того, чтобы напасть, отступила на пару шагов.

– Возможно ли… – дрожащим голосом бросила она. – Нет, немыслимо… Все это притворство! Сплошная ложь! Мой брат не мог так поступить! Он никогда мне не лгал! Это ты соврал!

Да о чем она вообще?

– Не понимаю! – в исступлении давясь слезами, выкрикнула Цю Хайтан. – Как все это могло случиться? Я ведь не сделала ничего дурного, за что же мне выпало столько страданий?

Шэнь Цинцю был поражен до глубины души: казалось бы, она пробыла в обмороке всего-то ничего, отчего же ему теперь казалось, будто она очнулась совершенно другим человеком?

А может, столкнувшись с чем-то, чего она не могла принять, она окончательно слетела с катушек?

Все явственнее ощущая, что тут явно что-то не так, Шэнь Цинцю велел ей:

– Не двигайся!

– Чего ты ждешь? – возопил старый глава Дворца.

Сжав виски руками, обезумевшая Цю Хайтан вновь напустилась на Шэнь Цинцю:

– Признайся, что ты испытываешь, когда смотришь на меня? Ненависть? Жалость? Зачем ты вообще оставил меня в живых – чтобы заставить еще больше страдать? Почему бы тебе не убить меня? Почему?

После столь продолжительного ора голова Шэнь Цинцю шла кругом, так что он не успел помешать Цю Хайтан, когда та, неожиданно сорвавшись с места, бросилась прочь – ему оставалось лишь крикнуть ей вслед:

– Вернись! Если будешь сломя голову носиться по Священному мавзолею, точно сгинешь!

Однако Цю Хайтан уже скрылась из вида, а у него определенно не было ни времени, ни возможности за ней гоняться. Мысленно затеплив по ней свечку, Шэнь Цинцю двинулся прочь, борясь с навалившейся на сердце тяжестью.

В бессилии проводив взглядом свою пособницу, старый глава Дворца вновь повернул к Шэнь Цинцю лицо, с которого исчезла последняя тень надежды. Некоторое время он бессмысленно таращился вслед заклинателю, а затем, зарывшись лицом в траву, принялся пожирать ее без разбора, не переставая хохотать. Растительность на его голове все разрасталась, так что вскоре та начала походить на увитую лозами кочку.