Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

За пять лет даже все ледники мира не сохранили бы труп в подобном состоянии. Тело не источало характерного запаха трав, так что дело было явно не в бальзамирующих средствах – оставалось неясным, что за метод использовал Ло Бинхэ.

Шэнь Цинцю вовремя вынырнул из этих размышлений, чтобы уклониться от удара, способного расколоть гору. Оглянувшись, он увидел, что к нему прикован взгляд Ло Бинхэ, в глазах которого полыхает прямо-таки безумная ненависть. Лишь тогда Шэнь Цинцю заметил, что одеяние вовсе сползло с тела, обнажив его на всеобщее обозрение. А учитывая, как он касался его и разглядывал… должно быть, то еще было зрелище.

По-быстрому натянув на тело одежды, он поспешил перекинуть этот «горячий камень» Лю Цингэ с криком:

– Лови!

Ло Бинхэ явно собирался отобрать тело, но маневр Шэнь Цинцю предупредил его намерение. Изначально заклинатель опасался, что бывший ученик воспользуется циркулирующей по его телу кровью священного демона, но Ло Бинхэ то ли обезумел от ярости, то ли потерял способность соображать от беспокойства – так или иначе, он не воспользовался своим главным козырем. Лю Цингэ одной рукой подхватил тело, другой призвав Чэнлуань, и без труда пробился сквозь заслон из адептов Хуаньхуа. Когда рука Лю Цингэ непроизвольно коснулась обнаженной кожи, прохладной и гладкой, его словно ударило током, заставив замереть в потрясении. Как ни возьмись за это тело – все выходило неприлично, так что Лю Цингэ едва удержался от искушения бросить его вовсе. Поборов этот слабовольный порыв, он снял собственное верхнее платье, причем полы затрепыхались на ветру, подобно белоснежным крыльям, и завернул тело. Следующий за ним Чэнлуань послушно парил у его ног.

Зрачки Ло Бинхэ стремительно налились красным. Павильон Волшебных цветов сдетонировал подобно банке с динамитом: мощный выплеск энергии с грохотом разворотил стены.

Помимо вихря гравия, разлетающихся булыжников и повалившихся наземь людей, были еще два предмета, издавших при падении чистый металлический звон – два меча, как убедился Шэнь Цинцю, едва к нему вернулась способность четко видеть.

Чжэнъян и Сюя.

Некогда эти мечи постигла одна судьба: оба были разбиты на куски. Однако в дальнейшем кто-то перековал их и связал вместе, чтобы хранить в павильоне Волшебных цветов. Лишь полное разрушение павильона дало им возможность еще раз увидеть небо и звезды.

При виде этих лежащих бок о бок мечей Шэнь Цинцю охватило странное чувство. Невольно взглянув на Ло Бинхэ, он увидел, что одежды бывшего ученика, и прежде пребывавшие в небрежном беспорядке, после драки и последовавшего за ней взрыва распахнулись еще сильнее, обнажив четко очерченные ключицы и мускулистую грудь. Ровно напротив сердца виднелся уродливый шрам от меча.