Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Озирая пять прорех на рукаве, которые успели оставить её ногти, Шэнь Цинцю в ужасе подумал: «Разве я не срезал их какой-то час назад? Они что, обладают неограниченной регенерацией?»

Отшвырнув Ша Хуалин, он незамедлительно обернулся к Лю Минъянь, но ноги чуть не подвели его от сокрушительного разочарования: за этот крохотный промежуток времени она вновь умудрилась нацепить на себя вуаль! Что за чёрная неблагодарность по отношению к своему спасителю!

Тем временем Ян Исюань отыскал свой меч в расселине скалы и принялся разрубать засовы на клетках и вервие на теле узников с неподражаемой быстротой. Освобождённые заклинатели сгрудились в центре зала. При виде подобного скопления людей Шэнь Цинцю не на шутку забеспокоился: он-то намеревался всего лишь спасти Лю Минъянь, а не перелопатить течение сюжета вмешательством в такое количество судеб!

— Погодите, погодите! Не делайте ничего опрометчивого! — встревоженно бросил он.

— Что-то не так, старейшина? — обернулся на его окрик Ян Исюань.

Не успел он договорить, как из только что вскрытой им клетки вихрем вылетели три будто отлитые в одной форме даосские монахини и стремглав бросились прочь из пещеры.

«Парень, тебе никогда не приходило в голову, что, освобождая всех подряд, ты рискуешь выпустить тех, кого вызволять вовсе не стоило!» — ужаснулся Шэнь Цинцю.

Ведь эти три сестрички по сюжету просто обязаны поглотить демоническую энергию Ло Бинхэ!

Однако что сделано, того не поправишь — хоть истеки его сердце слезами от отчаяния, а догнать беглянок, чтобы вернуть их в клетки, Шэнь Цинцю всё равно не мог, так что всё, что ему оставалось — это помочь Ян Исюаню поскорее освободить остальных узников.

Но, разрубив первый же засов, он с обречённым вздохом опустил руки. Все они — мертвецы. Он только что умудрился запороть эпизод «первая встреча главного героя с тремя жёнами из его гарема», и эта дурацкая случайность грозила порушить всю линию романтических похождений главного героя. Оставалось надеяться на то, что Ша Хуалин достанет прыти, чтобы вновь поймать их и в заданный срок предоставить их милости Ло Бинхэ. Подумать только, едва возродившись, он уже успел наломать дров!

Шэнь Цинцю всё ещё предавался самозабвенному самобичеванию, когда, опустив взгляд, заметил знакомое лицо — и его сердце тотчас пропустило удар.

Скверно, до чего же скверно! Воистину, для него выдался несчастливый год — все его враги собрались на узкой дорожке.

На него потрясённо уставилась скорчившаяся в клетке Цю Хайтан.

Спустя пару мгновений Шэнь Цинцю в достаточной мере пришёл в себя, чтобы как ни в чём не бывало жестом предложить ей покинуть клетку и тут же отвернуться.