Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

— Кто здесь? — выкрикнула она.

Если этот кто-то сумел с такой лёгкостью лишить её ногтей, то он с подобной же непринуждённостью мог бы походя перерезать ей горло!

Тем временем довольный своей выходкой Шэнь Цинцю вернулся на наблюдательный пост.

На самом деле он хотел лишь припугнуть Ша Хуалин — да и вообще, она же должна понимать, что, разгуливая с ногтями подобной длины, создаёт всем массу трудностей! Всякий раз, когда она оказывалась рядом, Шэнь Цинцю всё время подсознательно боялся нечаянно задеть один из них — право, сломав его, он бы почувствовал себя просто ужасно. А уж как от них настрадается спина Ло Бинхэ… Пусть этого извращенца Сян Тянь Да Фэйцзи заводят такие штуки, и пусть Ло Бинхэ обладает поистине нечеловеческой способностью к регенерации — это ж ведь не значит, что так и надо, верно?

Однако вместо того, чтобы расхолодить Ша Хуалин, это происшествие, похоже, лишь подстегнуло её агрессию: один взмах кулака — и вокруг пострадавших ногтей закрутился шар зловещей демонической энергии, который она незамедлительно швырнула в юношу. Демоница не только не замерла от страха, а ещё пуще распалилась — вот это, я понимаю, героиня!"

"Не в силах оставаться в стороне, Шэнь Цинцю спрыгнул на дорогу, словно по волшебству материализовавшись между двумя соперниками. Собрав духовную энергию в ладони, он сделал выпад в сторону Ша Хуалин.

Он знал, что его новое тело прямо-таки распирает от духовной энергии, но не ведал, до какой степени: их ладони ещё не соприкоснулись, когда Ша Хуалин внезапно отлетела, словно отторгнутая одноимённым полюсом магнита, а одежды, которые и без того так себе прикрывали её наготу, слетели окончательно…

Хоть это и можно было счесть приятным бонусом, Шэнь Цинцю с самого начала взял за главное правило выживания в этом мире: «Ни в коем случае не пялиться на мало-мальски симпатичную особу женского пола», так что мысленно зацензурил её, безусловно, стоящее внимания, тело. Ша Хуалин, в свою очередь, не стала терять времени даром: соразмерив силы соперника со своими, она быстренько откатилась в сторону разреженного пятна, чтобы тотчас раствориться в воздухе.

Перебросив веер из руки в руку, Шэнь Цинцю вдохнул в него поток духовной энергии, преобразившей его в лезвие. Единое движение — и вервие бессмертных распалось на тысячи кусков. Юноша, к которому тотчас вернулась величественная осанка, сложил руки перед собой, отвесив поклон:

— Множество благодарностей старейшине за спасение!

Приняв столь же торжественный вид, Шэнь Цинцю первым делом поинтересовался:

— Ты действительно адепт пика Байчжань?

— Совершенно верно.

— И кто у вас за главного?

— Мой учитель — глава пика Байчжань, Лю Цингэ.

Шэнь Цинцю застыл в немом удивлении.

У Лю Цингэ никогда не было учеников.