Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Ло Бинхэ славился тем, что одной рукой бился с врагами, а другой прикрывал слабых женщин и детей, что, конечно же, изрядно ему мешало. Сражайся он в полную силу, давным-давно скинул бы Гунъи с пьедестала! Пока что его опережал даже Мин Фань — однако Шэнь Цинцю нисколько не сомневался, что Ло Бинхэ ещё проявит себя!

И всё же, несмотря на уверенность, мужчина не смог удержаться от мстительной мысли: «Если бы не великодушие моего ученика, которым вы все беззастенчиво пользуетесь, он бы вам показал, каково вставать у него на пути!» При этом ему и в голову не пришло, что с его стороны эти слова звучали довольно странно.

— Как я посмотрю, Цинцю, у твоего ученика доброе сердце! — с благодушной усмешкой заметил Юэ Цинъюань."

"Шэнь Цинцю раскрыл веер, пряча улыбку — подобная похвала от шисюна воистину была как бальзам на душу. С какой стороны ни посмотри, нынешний Ло Бинхэ всецело отвечал образу «белого лотоса» [1].

— Да уж, по нему и не скажешь, что его учитель — Шэнь Цинцю, — фыркнула Ци Цинци.

Хоть их хвалебные слова шли от души, пользы от них было немного: на собрании Союза бессмертных значение имела сила, а не доброе сердце, так что в глазах посторонних Ло Бинхэ, должно быть, представал странноватым чистоплюем.

Когда взгляд сидевшего рядом старого главы дворца Хуаньхуа упал на экран, отражающий лицо Ло Бинхэ, он издал удивлённый возглас. Проследив за его взглядом, Шэнь Цинцю усмехнулся про себя:

«Смазливым личиком Ло Бинхэ, должно быть, пошёл в мать — само собой, он напомнил старику о некогда потерянной талантливой ученице».

В это же время на другой стороне ущелья Цзюэди Ло Бинхэ раздумывал о том, как выпутаться из сложившейся ситуации.

Само собой, он не мог просто бросить на произвол судьбы этих молодых да ранних заклинательниц из дворца Хуаньхуа, которые, едва поступив на обучение, не устояли перед возможностью покрасоваться на собрании Союза бессмертных, — и в то же время не мог разочаровать учителя, возясь с этими девицами вместо того, чтобы биться с монстрами.

В тот момент, когда, как полагал Шэнь Цинцю, он обменивался гормональными импульсами с одной из субтильных заклинательниц, на самом деле Ло Бинхэ хладнокровно раздумывал, как бы от них всех избавиться.

А ведь это была та самая сестричка, которой предстояло лишить Ло Бинхэ невинности! Да-да, та самая Цинь Ваньюэ [2]. На самом деле, она производила неплохое впечатление.

Пусть от неё было не слишком много толку там, где речь шла о сражениях и завоевании трёх царств, это была добрая и нежная девушка, которая стремилась к поддержанию мира и порядка в многолюдном гареме Ло Бинхэ.