Каждый за себя

— Тогда советую действовать по инструкции и через корпус, — рейдер коротко и зло посмотрел в глаза собеседнику. — Мы оба знаем, сколько времени у тебя это займет.

Джед только выматерился про себя. Будет затягивание отправки группы. Скрытый саботаж и провал.

— Выкручиваешь руки?

— Скорее, пользуюсь моментом.

— Что ж, принимаю условия. Готовь выход.

* * *Когда щелкнул замок, заспанная Айя торопливо выбралась из спальника и вскочила.

— Привет!

Керро, возникший на пороге, посмотрел на нее с удивлением. Как будто не ожидал увидеть.

Девушка поняла, что со стороны, наверное, выглядит смешно — в длинной мужской футболке, с торчащими во все стороны волосами и мятым лицом, но при этом стоящая навытяжку.

Интернатская привычка — нельзя валяться на кровати, если входит кто-то из персонала. Да и вообще нельзя валяться. Только после отбоя.

Поэтому Айя торопливо пригладила рукой лохмы и спросила голосом, еще сиплым от сна:

— Есть будешь?

Керро только усмехнулся:

— И что же ты приготовила?

Айя подняла глаза к потолку и без запинки перечислила все наименования консервов в кладовке. Дойдя до тунца, снова посмотрела на собеседника и спросила:

— Так что будешь?

Он бросил куртку на спинку стула и начал снимать оружие.

— Рябчиков в ананасах с кониной.

Сняв оружие, рейдер начал освобождаться от бронежилета, и Айя с удивлением увидела на спине собеседника плоский ящичек, которого там не было накануне."

"— Рябчики в меню не обозначены, но могу вывалить банку джема в банку говядины, если хочешь экзотики, — сказала она. — А что это за штука?

— Если повезет, ты этого не узнаешь. Что ж, неси кашу с тушенкой и гони автобиографию.

— Она на столе, — махнула рукой девушка и исчезла в кладовке.

Когда она вернулась, Керро уже прочитал «пространные» мемуары и выглядел одновременно задумчивым и насмешливым.

Айя протянула ему чистую ложку и банку с консервами, после чего, усевшись напротив, осторожно спросила:

— Что ты так смотришь?

— Как? — мужчина неторопливо перемешивал еду.

— Как будто насмехаешься.

Керро поглядел на собеседницу с прежней иронией.

— Марка и цвет машины родителей, — внезапно спросил он.

— Что? — опешила Айя.

— Быстро. Марка. Цвет.

Девушка изумленно захлопала глазами.

— Я не… помню… — Айя уставилась в пустоту.

Она и вправду не помнила. Ей говорили, что после аварии в памяти могут случаться провалы, потому что удар был сильный и…

— Я не помню. У меня было сотрясение мозга.

Керро хмыкнул, чем-то явно очень довольный.

— А шрамы откуда? — кивнул он на белые полоски, пересекающие вкривь и вкось веснушчатые предплечья собеседницы.