Каждый за себя

Будем надеяться, что товар у нашего продавца скоропортящийся. И готовь… нет, пусть корпус рейдеров готовит деньги. Я с ними отдельно свяжусь, уточню, что купюры должны быть чистые — без маячков и подлянок, короче, по всем правилам. А ты дай им задание. Сейчас дай.

Рейдер прервал связь, но голограмма так и осталась висеть над панелью.

— Ты по-прежнему хочешь выполнить данное ему слово? — мягко спросила Эледа, выключая голографон. — И по-прежнему считаешь, будто я неправа, говоря, что делать это необязательно?

* * *В тридцать седьмом секторе Винсент Хейли откинулся к стене и прикрыл глаза.

— Как прошел разговор? — Су Мин бесшумно вошла в комнату и опустилась на пол напротив.

— Прекрасно!!! — Рейдер снял очки и бросил их на пол рядом с собой. — Хоть к Трем иди с подношением.

Кореянка ничем не выказала удивления, только спросила:

— Тебе сказать, где Их ближайшее место или самое сильное?

Мужчина её словно не услышал, так глубоко был в своих мыслях.

— Позарез нужна ещё одна встреча с Керро, — Винс, наконец, посмотрел на собеседницу. — Свяжись. Передай, что его сумма принята и я согласен на любые условия. А ещё, если он хочет испортить жизнь хозяину киборга, то мы с ним союзники.

— Я говорила, ты хорошо его понимаешь. Ему плевать на хозяина киборга, но само предложение явно заинтересует, — кореянка улыбнулась и добавила: — Могу, в качестве извинений за то, что у вас там вышло, пообещать ему ночь любви. Предложить?

Винсент не успел ответить, Су Мин встала и прижала палец к его губам:

— Даже если скажешь «да» — не предложу. Есть причины. Но тебе их знать не нужно, — она широко улыбнулась и отвела руку. — Возгордишься.

— Еще больше? Тогда не надо, — улыбнулся в ответ Винс, после чего снова посерьезнел. — Что ж, говори, где Их лучшее место.

* * *Эледа отвлеклась от чтения медицинских документов и помассировала переносицу.

— Еще чуть-чуть, и эта Айя Геллан будет казаться мне самой близкой родственницей. Я за последние дни посвятила ей столько времени и мыслей, сколько не посвящала своей семье за полгода.

Агент Ленгли усмехнулся и откинулся в кресле:

— Мисс Ховерс, знаете, что меня беспокоит?

— Что Винс не сможет договориться о передаче девчонки? — попыталась угадать собеседница.

— Отнюдь. Как раз об этом я беспокоюсь меньше всего. Ваш опальный цербер договорится с кем угодно и о чем угодно, думаю, ему даже вполне по силам убедить голодного людоеда стать вегетарианцем. Нет. Винс меня мало заботит.

— Тогда что? — с искренним непониманием спросила девушка.

— Вы, коллега. Исключительно вы. Стоило нам сюда приехать, как вы растратили и любовь к шпилькам, и задор. Поскучнели, мисс.