Каждый за себя

— Вниз! — скомандовал подбежавший, наконец, рейдер.

Отряд устремился в тёмный коридор. Замыкали снова Керро и Дровосек.

Спускались торопливо, подсвечивая путь фонариками.

— Повезло, — пропыхтел Дровосек. — Быстро свалили. А то бы кабздец — не удержались. Надо всё-таки дыхалки добыть.

Идя вместе со всеми по неровной лестнице вниз, Айя поймала себя на том, что здесь — в темноте — ей страшнее, чем было наверху, где совсем рядом раздавалась стрельба.

Темно, скользко, воздух затхлый, пованивает сыростью и какой-то дрянью. А лучи фонариков, прыгающие и суматошные, выхватывают из темноты, то осклизлые стены, то неровные, частично обрушившиеся своды, то лужи черной воды, то мохнатую плесень в швах кирпичной кладки.

— Ну, че как? — спросил Роджер у запыхавшегося Питера Пэна, догнавшего остальных.

— Поставил, — ответил тот. — Предупреждение тоже. Через два часа, если не полезут, все само снимется с боевого взвода.

— Вовремя…

Словно подтверждая слова главкролика, наверху жахнул мощный взрыв.

— Не, Родж, — Пэн ухмыльнулся. — Это тупая бабахнула. А с умной еще поебутся. Но по-любому ноги в руки. Наши ж до последнего ждать будут, хоть ты им сколько сигналов к отъезду отправь.

— Ты машину обещал возместить, — Роджер повернулся к Керро. — Сколько до нее пилить?

— Десять кэмэ и полчаса на расконсервацию, — Керро скрипнул зубами, после чего ткнул пальцем в сторону Айки: — На хера ты ее взял, а?

— Она меня заставила! — тут же слился Роджер. — Обещала оттрахать, если буду сопротивляться. А я пугливый.

— Заставительница… — Керро явно проглотил рвущийся с языка эпитет. — Откуда только дерзости набралась. Сколько точно весишь? Быстро.

— Пятьдесят пять, — полуоглушенная Айка плохо его слышала, голос доносился до нее словно через гудение проводов — монотонное и низкое.

Керро раскрыл свою сумку, вытащил аптечку и достал из нее короткий тонкий тюбик с иглой под колпачком.

— Так эт чё? Мы теперь Олли пять кил торчим? — непонятно о чём спросил Роджер.

— Дурака не валяй, — огрызнулся Керро, что-то прикидывая в уме: — Вы мне должны пять кил. Олли на шестьдесят согласился, теперь ему поздняк заднюю включать. А я отдарки назад не принимаю. Усёк?

Айя только переводила взгляд с одного из мужчин на другого, не понимая ни слова из сказанного.

— Иди сюда, — поманил ее Керро. — Руку освободи одну."

"Когда девушка приблизилась, на ходу сбрасывая курточку, рейдер быстро закатал рукав ее свитера и протер кожу ни сгибе локтя одноразовой дезинфицирующей салфеткой. Айя сделала судорожный вдох, зажмурилась, понимая, что будет дальше, и затряслась.

— Вот так бывает, когда лезешь, куда не звали, — наставительно и без малейшего сочувствия сказал рейдер.