Заберу тебя себе

Видел их в суде четыре года назад. Но с тех пор не следил за их семьей.

Сначала на нас смотрят удивленно. Но потом муж Даны, судя по скривившемуся лицу, объясняет, кто я. И теперь меня прожигают яростными взглядами. Похоже, они  тоже до сих пор лелеют ненависть. Хотя им-то с чего? У них никто не погиб. И на суде оправдали. Ну да, Смирнитские устроили им «веселую» жизнь в прессе. Доставали апелляциями. Ну так чего они хотели, подделывая экспертизы? Старший мужчина дергается ко мне, но жена придерживает его за рукав. Он отодвигает ее руку, явно желая высказать все мне в лицо.

В это время в коридор выходит врач и зовет родных в кабинет. Родители и муж Даны уходят за ним. Мы с Алексом остаемся. От полной неизвестности и давящего чувства вины не нахожу себе места. Алекс обещает все выяснить. Ловит проходящую мимо медсестричку и отводит в сторону. Не сомневаюсь, что у него получится. Действительно, минут через десять Лекс возвращается. Его мрачное лицо заставляет сердце сжаться от тяжелых предчувствий. Он подходит и быстро произносит:

— Мар, спокойно. Дана жива. Но все еще в тяжелом состоянии. Прямо сейчас идет операция. Прогнозы эти эскулапы не дают. И еще… — напряженно приглядывается ко мне и все-таки продолжает: — Не уверен, знаешь ли ты… Она беременна. Срок около двух недель."

"Новость обрушивается неподъемным грузом. Мне будто с размаху дают под дых. Дана беременна… Не нужно никаких анализов, я просто знаю, что ребенок мой. А я предал их обоих, не защитил. Так много обещал и так мало сделал. Она ведь пыталась поговорить. Жгучей болью пронзает мысль — вдруг из-за моего ответа Дана попала под машину? Расстроилась и отвлеклась? Мне не хватит жизни, чтобы вымолить прощение. Прислоняюсь лбом к перегородке, отделяющей реанимацию. Стучу по пластику кулаком и рычу, проклиная себя. Гребаное дежавю! Будто и не было этих четырех лет. Там, за стеной, снова умирают моя женщина и мой ребенок.

Глава 16 Марк

Спустя двадцать минут в коридор возвращаются родные Даны. Мать в слезах, мужчины с мрачными лицами. Завидев меня, отец Даны решительно приближается и рычит:

— Какого черта ты здесь забыл? Приехал позлорадствовать? Зря радуешься! На этот раз я упеку вашего сумасшедшего урода за решетку!

— Вы знаете, кто виновник? — уточняю сразу. Плевать мне на его ненависть.

— Парни Олега уже вычислили по камерам. Этот кретин, Виктор, даже не скрывался! В первый раз не получилось, так он не успокоился! Чего вы прицепились к моей девочке? Ну убейте уже меня, Дана тут причем? — он кривится от боли. Его эмоции слишком искренние, чем меня настораживают. Будто и впрямь не понимает, причем тут его дочь.