Прости себе меня

Зашагала в сторону приоткрытых ворот и вышла на улицу, где был припаркован автомобиль Феди.

Заглянув внутрь машины, Дани увидела раскрытую сумку. Из неё вывалилось всё содержимое и упало под сиденье.

— Ц, — щёлкнула языком и принялась собирать мелкие инструменты и детальки.

Аккуратно сложила всё обратно и выползла из душного салона. Положила сумку на крышу седана и поправила на плечах рубашку. Подняла взгляд, когда услышала уже знакомый звук вблизи.

Ну, конечно... разве могло быть иначе?

Мысленно подкатила глаза, наблюдая за тем, как открываются ворота соседского дома. Вот оно. Исчадие ада на своей колеснице.

Выехал из двора и притормозил, перехватывая её взгляд.

Идиотка, чего ты стоишь?!

Дани незаметно вздрогнула, опомнившись и, хлопнув дверью, на пятках развернулась в сторону дома. Но почему-то замерла на месте, когда его голос окликнул её:

— А ну стоять, Муха!

...

Брюнетка оглянулась, и кинула в его сторону колючий взгляд. Фыркнула, поджимая губы и прищуривая глаза и снова зашагала к калитке своего дома. Много чести. Он что, приказывает ей? Она его собака что ли?!

Пошёл ты, Гордеев...

— Да стой ты, Ксенакис! — снова рявкнул, высовываясь в окно, — блокнот свой не хочешь забрать?

Блокнот... он так внезапно пришёл на ум. Он ведь до сих пор пылится в его бардачке. Она про него забыла? Может, там ничего такого нет, раз хозяйка даже не вспоминает о своей утрате.

Она остановилась. Именно то, чего он добивался. Вцепилась пальцами в дверную рукоять и, на вдохе открыла рот. Словно что-то хотела сказать, но внезапно передумала. Свела густые брови и, слегка выставив нижнюю челюсть, снова посмотрела на него. Злится.

Прелесть. Давай, Муха. Злись...

— Он тебе не нужен? — Егор потянулся к бардачку и, достав из него записную книжку, вышел из авто.

Выпрямился во весь свой огромный рост, и делая несколько шагов навстречу. Закрывая собой солнце и обдавая Дани холодом. Она тут же ощутила озноб. Россыпь мурашек скользнула за воротник и градом рванула вдоль спины.

Она не такая смелая, какой хочет казаться. Как только Егор приближается, вся храбрость и заносчивость испаряются, словно капли на раскалённых камнях. С шипением и отчаянным дрожанием исчезают прямо на глазах.

Даниэла пропихнула ком в сухой глотке и задрала голову. С трудом выдерживала тяжёлый взгляд. Неживой. Хладнокровный. Хищный. Способный вогнать человека в депрессию. Его губы улыбались, в то время как глаза уничтожали собеседника. Откуда это в нём?

Стало не по себе. Словно её вытаскивали из собственной шкуры. Сдирали кожу, беспощадно наслаждаясь её хрипами и болью. Он бы наверняка наслаждался.

— У тебя снова гости? — Егор кивнул в сторону чужого автомобиля и снова окинул девушку пронзительным взглядом.