Сделка с врагом. Ответ на измену

Возвращаясь к костюму, точно такой же был на нем на дне рождения у дочки Семеновичей. Если бы не понимание, к какому уровню достатка относится этот мужчина, предположила бы, что он у него один-единственный — парадно-выходной.

Так сказать.

Улыбаюсь от того, куда забрели шальные мысли, и мгновенно получаю подтверждение, что Арбатов этот момент не пропустил.

— Рад, Арина, что у вас хорошее настроение. Что ж, пойдемте обедать... и разговаривать.

Уверена, Руслан Германович намеренно делает паузу в предложении.

Не знаю, хочет смутить или заранее готовит к чему-то сложному, но пока терять боевой дух не планирую. Во-первых, я счастлива за Катюшку, во-вторых наслаждаюсь свободой без надзора охраны, в-третьих, элементарно хочу есть.

С утра маковой росинки во рту не было, а до покупки кофе, как заверяла мужа, руки как-то не дошли.

Помпезность ресторана не производит особого впечатления. За два года жизни с Романом привыкла бывать в очень разных местах. Вот и тут ярко, дорого-богато, уютно. Вышколенный персонал передвигается шустро, мнение не навязывает, исчезает быстро. Небольшие столики расположены на приличном расстоянии друг от друга, чтобы не мешать беседе важных лиц. Иные, к слову, в такие места ходят редко.

— Что будете заказывать?

Официант появляется незаметно, стоит Арбатову отложить меню в сторону. Несложно догадаться, на ком сконцентрировано всё внимание персонала.

Ну еще бы. По тому, с какой счастливой улыбкой нас встречал метрдотель и без вопросов провожал до столика, спрятанного от остальных за искусственным водопадом и зеленью, несложно сделать вывод, что Руслан Германович в этом месте частый гость.

— Арина?

Мне предоставляют право первой озвучить пожелания. Мысленно хмыкнув, оцениваю собственный аппетит и перечисляю:

— Филе-миньон из говядины и теплый салат с баклажанами и помидорами. На десерт чизкейк «Арахисовый кранч» и двойной эспрессо. Пока всё.

Следом за мной Арбатов перечисляет свой выбор. Как и я, он называет мясо в качестве основного блюда, дополняя его еще несколькими наименованиями, а стоит официанту исчезнуть, демонстративно медленно приподнимает бровь.

— Пока всё? — повторяет мою последнюю фразу.

— Ух. Вот сижу — раздумываю, стоит ли еще дозаказать долму или так наемся, —пожимаю плечом и, не скрывая сарказма, ерничаю. — Только не говорите, что ожидали, будто я буду как гусеница, жевать траву или подобно Дюймовочке насыщаться нектаром из цветка.

Откидываюсь на диване и, скрещивая руки в запястьях, размешаю те на колене.

— В моем присутствии девяносто пять процентов знакомых мне женщин поступают именно так.

Внимательно отслеживаю мимику и понимаю, что собеседник не шутит.