Сделка с врагом. Ответ на измену

—А я решу?

Не скрывая подозрения, сверлю мужчину взглядом. Но вижу лишь самодовольную улыбку и слышу тишину.

Ну ясно — нагнать тумана и замолчать — Руслан в этом спец. Я же решаю на провокацию не поддаваться. Тоже замолкаю и вновь прислоняюсь к его плечу.

Спокойствие, так спокойствие. Тем более, что с Сатаной эту роскошь я точно могу себе позволить.

Через полчаса дороги и пять минут ожидания в коридоре, нас приглашают с Русланом в кабинет заведующей отдела ЗАГС.

И вот там, получая на руки не только свидетельство о расторжении брака с Зотовым, но и второе, о заключении брака с Арбатовым, понимаю, что к чему.

— То есть, мне теперь паспорт менять придется? — уточняю в полной тишине единственный волнующий момент.

Отметив, что в графе «После заключения брака присвоены фамилии... мужу —Арбатов, жене — Арбатова», вопрос действительно становится актуальным.

— Так что, Рус? — спокойно уточняю, поворачиваясь к... мужу.

Я не дергаюсь и не визжу, не кидаюсь на него с упреками и не прожигаю ненавидящим взглядом. Однако, тем самым, по ходу, лишь сильнее напрягаю.

— Ариш, уже не надо ничего менять, — он аккуратно поглаживает меня по коленке.

А в глазах так и мелькает вопрос: «Рванет? Не рванет?»

— Да. Вот, держите, всё готово, — следом поддакивает заведующая ЗАГСом и шустро протягивает... два паспорта.

Один мне.

Другой Руслану.

Гляжу на женщину, вижу, как она волнуется. И не могу понять: это ей нервозность от Сатаны воздушно-капельным путём передается?

—А я расписаться не могу... у меня лапки, — усмехаюсь, показывая женщине перебинтованные руки.

И вот тут ее отпускает.

Она понимает, почему я не забираю документ:

— Ничего страшного, — машет ладошкой и улыбается широко-широко, — дома черной гелевой ручкой распишетесь, когда можно будет.

Хмыкаю, киваю.

— Спасибо, — благодарю и, поглядывая на Арбатова, уточняю, — ну что, муж, пойдем?

— Пойдем, жена, — острит в ответ и головой качает.

Когда покидаем кабинет, спиной чувствую, что милая заведующая, не просто крестится, благословляя нас, а себя трижды осеняет, что избавилась. Бедная, наверное, теперь и валерьянку бутылями глотать станет.

— Арина, а ты мне ничего сказать не хочешь?

Как ни странно, но терпение у Руслана заканчивается быстрее моего. Когда садимся обратно в машину, он поднимает перегородку, разделяя нас и водителя, поворачивается ко мне и выпаливает:

— Ругайся тогда!

Сатана, сбитый с толку, выглядит до ужаса милым и забавным.

Некоторое время им любуюсь, только потом подаю голос.

— Ругаться не буду. Просто попрошу, — произношу негромко.

Улыбку не прячу, невозможно это сделать, когда мужчина не скрывает, насколько в этот момент он зависим от моего настроения.