Сделка с дьяволом

Не в состоянии устоять на ногах, я присела на одну из ступеней.

Глаша заметила меня и подошла, заглядывая с тревогой в лицо:

— Виктория Александровна, что с вами? Вам плохо?

— Что случилось, Глаша? — спросила я дрожащим голосом, в горле запершило от волнения. — Что-то с Катей? Машина, которая въехала во двор — это скорая помощь, ведь так? — догадалась я. — У девочки снова приступ?

— Нет… Катя спит, с ней все хорошо, — заверила меня женщина, вытирая слезы с лица. — Сергей Николаевич… У него случился инфаркт. Он… он умер.

Наш утренний разговор с Багровым яркой вспышкой промелькнул в моем сознании. Прижав ладонь ко рту, я принялась отчаянно качать головой из стороны в сторону. Нет, это не правда… Это всего лишь совпадение, досадное недоразумение. Наверное, его еще можно было спасти… Почему врачи скорой помощи отказывались его реанимировать и стояли в гостиной с непроницаемыми и безучастными лицами? Почему не спасали его?

Силы окончательно покинули меня, я сидела на одной из ступенек и смотрела в одну точку застывшим взглядом. Я несколько раз глубоко вздохнула, чтобы не потерять сознание. Но навязчивые картинки из прошлого, как мама вот так же покинула меня, не проснувшись однажды утром, не хотели меня отпускать. Она умерла от сердечного приступа. Словно их обоих с Багровым-старшим настиг злой рок за ту чудовищную сделку, которую они заключили за спинами своих детей…

— Идемте наверх, — попросила Глаша, заметив, что я уже около получаса сижу в одном положении и не двигаюсь с места. Я сильно вздрогнула и пришла в себя. — Он сильно болел и человек отмучился. Вам нужно думать о деточках. Артуру Сергеевичу мы сообщили, он завтра днем вернется в Москву. Давайте, поднимайтесь…

— А Катя? Она спит? — я подняла затуманенный взгляд к лицу Глаши.

— Катя спит. Если хотите я отведу вас к ней в комнату. Вам ни к чему эти волнения. Валентина Андреевна была к этому готова… — тихо говорила Глаша.

Но к смерти близкого и любимого человека нельзя подготовиться заранее! А в том, что она любила своего мужа я ни сколько не сомневалась. В одном лишь Глаша была права, мне стоило подумать о детях и Егоре. Нужно попытаться любыми способами абстрагироваться от всех развернувшихся событий в этом доме. А думать о том, что, возможно, по моей вине умер отец Артура я собиралась в последнюю очередь. Но только уснуть я больше так и не смогла. Под утро тело Багрова забрали в больницу, а я задремала на несколько часов и снились мне кошмары и наш последний разговор с мужчиной. А в конце он и вовсе поднялся из инвалидного кресла на ноги, продолжая сыпать угрозами, обвиняя меня уже в своей смерти.

Я проснулась в холодном поту, спустила ноги на пол и почувствовала сильное головокружение.