Сделка с дьяволом

Страха, что он заберет детей, как токового больше не осталось. В некоторой мере я ощущала иммунитет, потому что носила детей и мне излишни были волнения, а Егору необходим донор. И Артур это тоже прекрасно понимал, как и то, что я ещё и живой человек. Пусть он не любил меня, презирал, считал виноватой, предательницей, обманщицей, но дети здесь были не при чём и он не причинит мне вреда, не потащит силой в клинику, потому что от этого зависела жизнь нашего старшего ребенка.

Внизу Артура тоже не оказалось. Я пошла на парковку, открыла заднюю дверцу его внедорожника и забралась внутрь.

— Я обещала Егору, что скоро вернусь. У тебя ровно десять минут, — холодным тоном проговорила я и мельком взглянула в его лицо.

Господи, будто и не было между нами ничего: ни потепления, ни его ночевок в моей комнате, ни бессонных ночей в его объятиях… Как он мог всегда сохранять такое решительное спокойствие, когда я была на волоске от истерики?

— Никита, — властным тоном проговорил Артур. Тот по одному взгляду брошенному на него через зеркало заднего вида все понял и вышел на улицу, оставляя нас одних.

Мое сердце сделало кульбит, а вся решимость под обжигающим огнём янтарных глаз уменьшилась до размеров горошины. Я смотрела в лицо Артура и ощущала как дрожу. От разного спектра чувств, а в частности от того, что не должна была их испытывать к такому чудовищу, как он, ничего.

— Ты распорядился убить одного из ребенка, который находится внутри меня. Я не пойду на такой шаг. Никогда! Ты бесчувственное чудовище. Ты…

— Да, я действительно настоял на этом пункте и обсуждал его с нашим врачом, — оборвал мою гневную речь Артур. — Но составляя договор, я не смел и предположить, что ты забеременеешь близнецами. Сама. В договоре говорилось о другом, и да, я настаивал на подсадке одного эмбриона, потому что два — это большой риск. Тебе необходимо выносить их двоих, родить здоровыми и ещё заниматься Егором. Ты и сама понимаешь, что это большая ответственность, — в голосе Артура не было и тени вызова, он выглядел сильно уставшим и раздавленным. — Я прилетел черти откуда, потому что ты не выходила на связь. Не отвечала врачу, мне, выключила телефон и не дала никому даже шанса объяснить тебе, что пункт в договоре не предполагает незамедлительного исполнения его в жизнь.