Сделка

Судя по виду, Дин с трудом сдерживает смех.

– Разве? А выглядит все так, будто помешал.

Несмотря на дикое смущение, я заставляю себя поднять глаза на Гаррета и безмолвно молю его поддержать меня, но выражение на его лице приводит меня в замешательство. Глубокая сосредоточенность с добавлением раздражения, правда, раздражение направлено на Дина. И к этому примешивается еще доля изумления, как будто ему не верится, что мы тут кое-чем тут занимались.

Мне тоже не верится.

– Так вот что вы делаете, когда уединяетесь здесь, – растягивая слова, говорит Дин. – Глубоко и интенсивно изучаете предмет. – Он жестом изображает кавычки и радостно смеется.

Его подколки раздражают меня. Я не хочу, чтобы он думал, будто у нас с Гарретом… что-то есть. Будто всю последнюю неделю мы дурачились таким образом втихаря от них.

И это означает, что я должна подавить его подозрения в зародыше. КМС[30].

– Между прочим, Гаррет помогает мне оттачивать навыки, – как можно более обыденным тоном говорю я Дину. Говорить правду не так унизительно, как давать пищу для его воображения, но, высказанная вслух, правда звучит дико. Ага, я оттачиваю мое умение целоваться с капитаном хоккейной команды. Так, мелочи.

Дин хмыкает.

– В самом деле?

– Да, – твердо говорю я. – Мне предстоит свидание, и твой друг считает, что я не умею целоваться. Поверь мне, между нами ничего нет. Совсем. – Я понимаю, что Гаррет до сих пор не произнес ни слова, и поворачиваюсь к нему, ожидая от него поддержки. – Правда, Гаррет? – многозначительно спрашиваю я.

Он откашливается, но его голос все равно звучит глухо:

– Правда.

– Ладно… – Глаза Дина весело блестят. – Ловлю тебя на слове, куколка. Покажи, чему ты научилась.

Я изумленно хлопаю глазами.

– Что?

– Если бы врач сказал, что тебе осталось жить десять дней, ты бы обратилась за консультацией к другому специалисту, верно? Ну, если тебе так хочется выяснить, насколько хорошо ты целуешься, тебе нельзя полагаться только на мнение Гаррета. Тебе нужна еще одна консультация. – Он с вызовом изгибает бровь. – Покажи мне, что ты умеешь.

– Хватит строить из себя идиота, – вмешивается в наш диалог Гаррет.

– Нет, в его доводах есть резон, – ляпаю я, и мой здравый смысл орет во все горло. Что?!

Есть резон? Очевидно, жаркие поцелуи Гаррета превратили меня в чокнутую. Я взбудоражена и смущена, а главное, я обеспокоена. Обеспокоена тем, что Гаррет поймет, что я… Что? Что никогда раньше поцелуи на меня так не действовали? Что я получала удовольствие от нашего поцелуя? Что я люблю каждое его мгновение?

Да и да. Это именно то, чего он не должен понять.

Поэтому я неспешным шагом иду к Дину и говорю:

– Ну, давай, консультируй.

Он явно изумлен, но все равно улыбается.