Магическая сделка

И не буду.

Он помолчал и добавил:

— Видимо, это предел, но мне уже все равно, кто ты — человек, эльф или дракон, мне абсолютно все равно, кто и что скажет и как этот союз воспримут иные государства. Ты стала единственным, что имеет значение. Это пугает, как не пугала даже внезапно свалившаяся на меня ответственность за всех драконов разом, но это факт.

Ирэнарн резко выдохнул и продолжил:"

"— Есть два варианта, милая. Первый — ты называешь свою цену, я плачу ее и получаю тебя. И второй — ты продолжаешь молчать, искать красивые слова, которые, несомненно, пробуждают мою совесть, я даже спорить с этим не буду, но ни совесть, ни благородство, ни воспитание, ни самоконтроль уже не работают, понимаешь? Не осталось ничего, кроме тебя и моего желания увидеть отклик этого желания в твоих глазах. Не слезы, не глухое смирение, мне нужен твой отклик. Нужны твои руки, которые не отталкивают, несмотря на всю очевидность абсолютной бесполезности сопротивления, а… неважно.

В купальне снова стало тихо, так тихо, что стало отчетливо слышно, как где-то вдалеке шумит водопад.

И вдруг Ирэнарн произнес:

— Я знаю твою цену.

Удивленно посмотрела на него, дракон же, чуть прищурив глаза, произнес:

— Твоя цена — мир и благополучие Любережи, а это включает в себя уничтожение Воронира и Валентайна. Я прав?

Ответа на его вопрос у меня не было. Как и слов. Как, впрочем, и возражений. Я помнила вмешательство Черного дракона в ту битву, к которой готовились жрецы Древуна, и битвы… ее просто не было. Я знала о планах Воронира и мертвяках, запертых в деревнях, которые станут опорой его армии, я… я даже догадывалась, что магистр жив.

— Воронир жив? — спросила почти шепотом.

— Естественно, — холодно ответил Ирэнарн. — Мы шли по следу. Используя иллюзию, он подставил одного из учеников. Его упущением было то, что я способен видеть истину даже без даров воздушников.

Я невольно коснулась цепочки с жемчужиной, затем, опустив руку, поправила край полотенца, все это время ощущая взгляд дракона на себе.

И как-то вдруг, практически внезапно, мелькнула странная мысль: а как вышло, что в прошлом драконы спасли человеческих магов от уничтожения? Ведь они вмешались же, остановили храмовых фанатиков и особо рьяных приверженцев Триединого, восстановили магические учебные заведения, сохранили саму магию в человеческих государствах…

— Мы уже вмешались раз, — словно в ответ на мои мысли произнес Ирэнарн, — я способен вмешаться повторно.

Не удержавшись, тихо спросила:

— А первый раз? Это тоже было сделкой?

— Нет, — последовал холодный ответ. — Это было помощью другу.

И я как-то невольно вспомнила сказанное Асур-Рратом: «А подарив тебя Черному дракону, был уверен — он обретет друга. Искреннего, преданного, открытого, готового всегда помочь.