Сделай это со мной снова (СИ)

Я открываю дверь в ее мастерскую, вхожу.

Застыв смотрю на то, как она проснувшись, присаживается. Поджимая колени, натягивает на себя одеяло.

Сонно и растерянно ведёт по мне взглядом, поправляя растрёпанные после сна волосы, лежащие гривой на голых плечах.

Между нами столик. На нем шахматы Даровича. Там — недоигранная партия. И открытая пачка сигарет…

В моих глазах темнеет.

Ставлю кофе на стол. Сажусь напротив нее.

Молча смотрю ей в глаза. Не вижу ничего. Все плывет…Пульс оглушительно стучит в уши.

Придерживая на груди одеяло, Мия тянется за кофе.

Делает глоток…

Смотрит на часы на стене.

Методично дёргая за пальцы, снимаю кожаные перчатки.

Бросаю их рядом с доской.

Скидываю с плеч пальто.

Ну, давай, задай вопрос, Хан. С кем играла она в шахматы и чем закончилась эта игра? Почему её плечи голые? И кому позволено здесь курить?

Я не могу…

Сжимаю руки в кулаки, чтобы контролировать тремор.

Мне нужна сигарета. Но я уничтожил свои сигареты, смял."

"Мне нужна Мия. Не смять бы сейчас…

Я обещал, что выпью кофе с ней молча. И я делаю глоток. Он встает в горле комом.

Она задумчиво держит свой стакан в руках, глядя грустно в небольшое окно под потолком.

Дотягиваюсь до чужой пачки, как пресс моя кисть сминает ее. Пачка лопается, табак сыпется…

Резковато срываюсь со стула, ухожу к этому окну. Звон внутри меня нарастает.

Сказать, что я чувствую?! Что я чувствую ей надо сказать??

Уйди нахуй отсюда, Хан!

Вместо того, чтобы внять тихому голосу разума, подхожу к ней в упор, снимаю белую королеву с доски.

Мой большой палец ложится на корону. Давлю, деформируя ее.

— Эй… — ошарашенно выдыхает Мия, ловя мою руку. — Отдай!

Поднимается на колени, пытаясь отобрать.

— Кому? — хриплю я.

Подушечка моего пальца распарывается в мясо о порванный металл. Но я доламываю эту ебучую корону, которую делал с ней вместе.

— Хан… Хан! — вырывает у меня фигуру из руки, бросает в сторону.

Держит мою окровавленную дрожащую кисть в своих.

Ее одеяло упало. Она в трусиках.

— Хан… — сводит сердито и жалостливо брови, глядя на рану.

Пульсирует всё…

— Что?..

Зажмуриваясь, прижимается лбом к моей кисти.

— Больно… Хватит…

Я смотрю на эту разорванную пачку сигарет. И вдруг вспоминаю, что это моя. Это я оставил ее здесь в прошлый раз. И охрана сразу бы мне сообщила, если бы были гости. Не было никого…

Ты не в себе, Хан.

Закрывая глаза, падаю поперек дивана. Пачкая простыни кровью.

У меня “эмоциональный запрос”, мне жизненно необходимо сейчас “безусловное приятие”. Я ни от кого этого никогда не просил! А чтобы купить у нее… у меня нет такой валюты. Но если не получу сейчас… внутри будет выжженная пустыня.

Она неожиданно ложится щекой на мое сердце.