Сделаю тебя любимой

Военный врач, дровосек, охотник, заключенный. Страшно подумать, сколько еще у него ипостасей.

Честно, я совершенно не знала, с чего начать. Осматривала дом, вспоминая все те паблики, которые рассказывали как создать уют в любом доме с помощью разного рода органайзеров. Только вот никто никогда там не упоминал, как навести порядок в лачуге три на пять. Вообще, если подумать, тут все довольно функционально. Вот печка, в которой может поместиться вполне себе такой хлеб, а вот тут кровать, которую можно занавесить, если примостить на этих петлях шторку. У окна стоит столик, и висят полочки. И тут-то я поднимаю голову. Содрогаюсь от количества паутины. Мне сразу хочется чем-то прикрыть Юрку, которому в открытый рот мог вполне свалиться паук. Так что начать нужно именно с них. Проведя ревизию кладовой. Я поняла, что люди здесь жившие были вполне себе запасливыми. Тут тебе и консервы, и сгущенка, и дрожжи. Это даже заставляет улыбнуться, пофантазировать на тему того, что завтра мой завтрак не будет состоять из батончика. А значит, и молоко для малыша будет весьма жирным и вкусным.

– Повезло тебе, Юр, что тут скажешь, – хмыкаю, взяв в руки метелку. Напевая песню Кипелова "Я свободен", я убирала по углам паутину и пыль, накрыв малыша при этом тонкой тканью, чтобы ему не досталось.

Замираю, когда мой припев подхватывает грубый бас, и тут же закрываю рот. Ладно, минет, но петь с ним так, словно я тут добровольно, я не собираюсь.

Он входит в дом с двумя ведрами воды, ставит их со стуком на пол и долго наблюдает за тем, как я, прыгая, пытаюсь добраться до самых дальних углов.

– Давай я закончу, – отбирает он метелку, а я пожимаю плечами. Всего лишь небольшая хитрость, чтобы передать эту работу ему.

С пылью справиться проще, но когда дело доходит до пола, я начинаю стонать и охать.

– Ты оргазмируешь, или тебе больно?

– Очень смешно. Поясница болит.

– Ладно, займись обедом, я сам пол домою.

Спрятав улыбку, я беру большую кастрюлю, малыша, ставлю кастрюлю на огонь, на котором тихонько греется чайник. Удобно он тут все обустроил. Можно просто поставить посуду на эту решетку и спокойно закидывать ингридиенты.

Интересно, буду я сильно мучаться, если отравлю его? С другой стороны, он, скорее всего, заставит меня съесть тарелку первой. Но это сегодня. А через неделю его бдительность угаснет, и он начнет мне доверять.

Суп, да. Иду за консервами с тушенкой, набираю в ковш гречки, в другой соли.

– А тут есть погреб, более холодное место? – выглядываю из кладовой, смотря на то, как лихо Булат моет пол. Даже застываю, рассматривая, как напрягаются ягодицы, пока он скользит тряпкой по полу. Наверное, во время секса они тоже бы так напрягались.

Охренеть. О чем я вообще думаю!?

– Шторы открой и под ногами посмотри.