Сдавайся, буду согревать

А ногтями впивается мне в бока за своей спиной.

Ухмыляюсь и продолжаю ласки.

Люблю громких и таких отзывчивых. Девчонка явно не бревно. Такая же бешеная в постели, как и в жизни.

Ух, блять, Дедушка Мороз! За все года мне отработал! Мужик!

Снегурка стонет все громче и громче, а я сам рычу от того, как приятно палец скользит по клитору. Такому горячему и такому мокрому от смазки.

– Снимай это! Пока не порвал! – рычу я, хватая в кулак трусы и скручивая их.

Девчонка улыбается и ложится на меня. Сиськи прижимаются к моей груди. А Снегурка опять целует меня. Но тут я уже беру инициативу в свои руки. Обхватываю ее за затылок, прижимая к себе, и начинаю жадно терзать мягкие пухлые губы. Толкаю ее язык своим языком. Подчиняя себе. Сам сгорая от желания.

– Снимай, сук, – рычу ей в губы и тяну трусы вниз.

Девчонка улыбается. Быстренько стягивает с себя лишнее и вот уже влажные гладкие складки трутся о мой волосатый живот. Потом чуть ниже и я стону с рыком. Потому что она головки касается.

Вдруг Снегурка отрывается от моих губ и выпрямляется. Садится на меня. Жду. Задыхаюсь, но жду.

А она приподнимается и отодвигается. Садится мне на ноги и медленно опускает взгляд на мой член.

14. Я только разогнался…

Я волнуюсь. Как в первый раз, блять. Она так внимательно рассматривает его. Примеряется, что ли?

– Теперь я понимаю, почему Дрючки, – произносит задумчиво и проводит указательным пальцем по стволу.

Член сразу же реагирует и дергается. И яйца поджимаются. Она ведет палец вниз и кончиками касается моих гудящих шаров.

– Ох, блять, ты что творишь? – хриплю я, приподнимаясь и хватая ее за задницу.

Член в очередной раз тоже приподнимается, отрываясь от живота. И эта мучительница пытается обхватить его пальцами и чуть сжимает.

Я хрипло стону в ответ.

– Какой твердый, – говорит Снегурка, не сводя взгляда с моего члена и облизывая губы.

И эта ее простая, казалось бы, фраза пиздец как срывает крышу.

Зажмуриваюсь и словно током ударяет! Головки касается что-то мягкое, теплое, нежное.

Распахиваю глаза и впиваюсь взглядом в макушку Снегурки, потому что ее ротик уже обрабатывает головку.

– Уф! – выдыхаю я и падаю на кровать.

Часто дышу, пытаясь сдержаться. А это нелегко! Член настолько отвык от ласки, что реагирует остро. У меня каждая мышца напряжена.

Приподнимаю голову, чтобы увидеть эту картину маслом. И встречаюсь с затуманенным взглядом Снегурки.

Какой же я молодец, что притащил ее пакет себе домой! А девочка нашла правильное применение его содержимому.

Чмокнув головку (и это пиздец как приятно!), Снегурка опять выпрямляется.

– Погоди, там в пакете, – пытаюсь приподняться, вспоминая про защиту.

Мои кончились. У Надьки всегда свои.

Но и у Снегурки они были в списке покупок. Надо просто принести.