Ботаники не сдаются (СИ)

Ничего не говорит, но продолжает идти рядом, рассматривая любопытным взглядом красоту вокруг.

— Катя, все хорошо? — беспокоюсь я.

— Да, Ваня, все хорошо, — пожимает она мою руку. — А куда мы идем?

— Экскурсию по поместью я обещаю провести для тебя в дугой раз — поверь, здесь есть на что посмотреть. А сегодня у нас с тобой на повестке вечера лес и шумная компания студентов, поэтому мы идем сейчас в мою комнату! И если ты меня очень попросишь, обещаю лично развлечь тебя стриптизом.

— Чем?! — изумляется Очкастик, да так, что ей приходится поправить очки.

— Всего лишь переодеться! Да ладно, Кать! — я наклоняюсь и целую ее в щеку — нежную и горячую. — Я не стеснительный, привыкай. Ну, хочешь, обойдемся без музыки, — шепчу на ухо. — Но советую хорошенько подумать — двигаться я умею и еще как! Тебе понравится!

Черт! Опять прозвучало двусмысленно и Очкастик качает головой, закрыв глаза. Она улыбается и мне это нравится. Нравится, что она принимает меня таким, каков я есть. Да, я неисправим. И докапываться до сути — пустая трата сил! Мне заводят эти игры с ней, и я вряд ли от них откажусь, потому что чувствую: она откликается.

Мы в задней части дома, не такой официальной и пафосной. К черту телефоны, я прожил здесь пять лет, здесь живет мужчина, который любит мою мать и доказал, что это не пустые слова. Я соскучился, я пришел не один, и я громко окликаю:

— Ма-ам! Ты где?!

Секунда, другая полной тишины… И дом наполняется звуками. Оживает детским визгом и топотом ног. Этот только с виду дом грозен и молчалив, а на самом деле тут вовсю кипит жизнь.

— Ой, кто это? Какие хорошенькие! — восклицает Умка, когда видит двух белокурых и кудрявых малышей, которые во всю прыть несутся нам навстречу.

Ко мне навстречу. Подбежав, запрыгивают на руки, обхватывая ручонками за шею, и я с удовольствием их ловлю.

— Ванька! Ванька! Донг, смотли, Ванька плишол! Ванька!

Машка — моя любимица, и я целую ее первой. Младший сын Люка — Матвей, еще совсем маленький и неуклюжий, но уже отличает меня от брата-близнеца, и я щекочу ему живот, слыша, как он хохочет, повторяя мое имя.

— Банка! Банка!

Эта чистая детская радость не может не вызвать улыбку и Умка умиляется.

— Какие симпатичные мальчики! Похожи на маленьких Купидончиков! Вань, это ведь Женины дети, да?

Она догадалась, но только отчасти.

— Женьки и Ильи! Обожаю своих племянников! Только вот это у нас девочка, — игриво тискаю Машку. — Просто она у нас вся в папу, растет сорванцом и категорически не хочет носить платья! Зато характер — огонь! Даже Босса строит!

— Фу! Не люблю платья! — тут же кривит ротик малышка. — Мне нлавится кимоно, как у папы! И чолный пояс! Хочу длаться и победить всех мальчишек!

И почему я не удивлен, зная, как Илья «балует» свою старшенькую тренировками.