Ботаники не сдаются

Можно было так явно и не демонстрировать!

Наткнувшись на серый, любопытный взгляд Жени, подумала, что девушка сейчас скажет что-то типа: «Какой же мой Ванька нахал!», а она вдруг взяла и сказала.

— Мне кажется, Катя, что ты ему нравишься."

"Нравлюсь? Я? Да ерунда! Очередная иллюзия! Хотя, может быть, вчерашняя Катя, и правда, Воробышку немного понравилась. Четвертый шаг сработал на «отлично», что ни говори, пусть он и для меня оказался сюрпризом. Но Ивану многие нравятся, а сам он девчонкам нравится еще больше — такой, какой есть. Иначе не было бы заинтересованных девичьих взглядов и уверенных слов: «Это просто встречи без обид и продолжений. И без всех этих глупых походов в кино!». А были бы совсем другие.

Но слова были, и была я — Катя Уфимцева, восемнадцатилетняя студентка четвертого курса, ботаник и Заучка, зубрилка и очкастик, мамина и папина гордость, собственноручно загнавшая себя в капкан глупого спора. Ну и где же, скажите на милость, отсутствовала моя светлая голова?

Я оделась и вышла из здания студии на улицу. Воробышек стоял возле своего спортбайка, сунув руки в карманы — темноволосый парень в черной куртке, как раз на моем пути. Когда я поравнялась с ним, достал брелок с ключами и спросил:

— Ну как, устала?

— Есть немного.

— Знаешь, а ты неплохо справилась, как для первого раза. На самом деле я ожидал, что будет хуже.

— Ты тоже неплохо. Пусть и не для первого.

— Поехали, я тебя отвезу. Все равно по пути, — парень повернулся и забрался на мотоцикл. Поторопил, на сто процентов уверенный, что я соглашусь. — Ну!

— Вань?

— Что?

— Скажи, а почему вчера в «Трех китах» ты называл меня Катей, а сегодня Очкастиком? Что изменилось за один день?

Ванька не стал тянуть с ответом, хотя и задумался на миг, став серьезнее.

— Ты.

— Ясно.

— Что тебе ясно? Садись давай, почемучка.

Но я покачала головой.

— Ну нет уж, спасибо, — сказала хмуро. — Сама доеду! А то сегодня я немного не в том образе. Не представительного класса! А вдруг тебя друзья увидят со скучной ботаншей? Ты о репутации подумал? Хватит с них и будущего сюрприза на Празднике факультетов. Ну, пока, Клюв!

— Эй!

— И только попробуй еще раз отобрать у меня рюкзак! Не получишь реферат, так и знай!

Я повернулась и решительно потопала по дорожке. Один шаг, два, четыре…

— 32 —

— Стоять! — длинные руки поймали лямку рюкзака и притянули меня назад. — Я не понял, — пробасил парень, — что это было, Уфимцева?

— Что слышал. А ну пусти! — упрямо уперлась в асфальт пятками. Повторила строго: — Кому сказала!

Но Воробышек держал крепко. Мало того, легко подтянул ближе и развернул к себе лицом.

— И не подумаю, пока не объяснишь! Какая к черту репутация, Очкастик? — нахмурил брови.