Ботаники не сдаются

Четвертый — подогнуть колени. Просто ориентируйся на них и все будет хорошо.

Девчонка полезла со стола.

— Вань, а давай ты меня за яд и чашки как-нибудь по-другому накажешь? Не аэротрубой.

— Ты боишься?

Уфимцева повернулась и вздохнула.

— Очень! А вдруг ты меня не поймаешь? Я, конечно, в курсе физических законов, происхождения воздушных потоков и плотности твердых тел, но…

— Но что?

— Меня в детстве смыло волной в море, и это было очень страшно. Я даже крикнуть не успела — вмиг нахлебалась. Папа чудом вытащил. Понимаешь, я хорошо помню, что такое стихия и не хочу, чтобы было похоже. Я почти и не плаваю с тех пор.

И смотрит с надеждой в лицо, приподняв подбородок. Ну и глаза. Мало того, что ясные и голубые, так еще и не скрывают, что знают ответ на тысячу и один вопрос. Наверно, такие же были у Шахерезады. Нырнешь и не вынырнешь.

Черт! Мелкая ботанша Уфимцева и откуда ты только взялась?

— Не волнуйся, я поймаю. А точнее, не отпущу. Обещаю!

Я надеваю на нее шлем и застегиваю крепеж под шеей. Удерживаю ее взгляд и смягчаю напряжение улыбкой. Вхожу в трубу, встаю на сетку, протягивая к девчонке руки. Она колеблется, но все же идет навстречу. Я ловлю ее — легкую и гибкую, и мягко опускаю на поток воздуха.

Это здорово! Это чистый адреналин! Лучше — только настоящий полет! Я уверен, что ей понравится, и выполняю свою работу. Не отпуская ни на секунду, даю почувствовать сначала свободное парение, а потом и высоту.

Все проходит отлично. Наш полет длится четыре минуты — этого более чем достаточно для первого раза.

— Вот видишь, не стоило и бояться, верно?

— 30 —

Но Уфимцева молчит. Оказавшись в раздевалке, снимает шлем, комбинезон, поправляет платье. Присев на скамейку, надевает туфли и застегивает хлястики на стройных щиколотках. Медленно расплетает свободную косу. Недолго думая, я и себе переодеваюсь. Заметив, что Уфимцева встала и не может поймать рукав куртки, помогаю ей.

— Эй, Катя? Что случилось? Все в порядке?

— Спасибо.

— Я не об этом, — говорю, имея в виду не помощь с одеждой.

— И я тоже.

Она поворачивается и снова делает жест, как будто хочет поправить очки. Смотрит не в глаза, а на мое плечо, словно там происходит что-то интересное, завладевшее ее вниманием.

— Вань, ты действительно держал меня, как обещал.

— Ну, да.

— Но мне казалось, что ты злишься. Я была уверена, что в какой-то момент ты захочешь пошутить надо мной и отпустишь. Но ты не отпустил.

Так вот почему она держалась так скованно и не сразу реагировала на жесты? Мне показалось, что всему виной страх высоты.

— Ничего, первый раз все напряжены, это нормально. Второй раз будет намного лучше. А когда-нибудь, ты сможешь летать и сама. Так тебе понравилось или нет?

Вот теперь она поднимает взгляд и смотрит в глаза.