Щит рода

– Графиней Толпеевой станет она, и точка! – он невежливо ткнул в меня пальцем, – а вы, господин хороший, – это Игнату, – можете быть опекуном, родственником по материнской линии, да кем хотите!

– Алим, в чем тут подвох? – шепотом поинтересовалась я у ашкеназца.

– Полагаю, в праве наследования. Если появится наследник мужского пола, то у него будет первоочередное право на титул и состояние. Насколько мне известно, сыновей у графа не осталось, только дочь. Возможно, ее дети продолжат династию, тут все по закону.

– И что нам делать?

Барон задумался, явно не ожидая, что слабохарактерный граф вдруг проявит твердость в вопросе удочерения. С другой стороны, понять аристократа можно. Он хоть и пропил последнее, и больше походил на трактирного забулдыгу в своем засаленном халате, но цену себе знал. Даже такой опустившийся и насквозь прогнивший, он оставался графом со всеми вытекающими. Прихлопнуть бы его, так ведь нельзя, пока документы не подпишет. Да и общественность всколыхнется, мигом сообразив, что неспроста тут объявилась наследница, а едва обретенный родитель сразу же отправился к праотцам.

– М-м-м, думаю, соглашаться, – Алим напряженно размышлял, барабаня пальцами по подлокотнику инвалидного кресла. – Определенную выгоду мы с этого поимеем, хотя бы частично закроем вопрос по документам. Закладные и расписки с вашего позволения я пока не буду переоформлять. Пусть временно на мое имя останутся, а как Игната Александровича узаконим, так на него и переведем. Перестрахуемся, чтобы его сиятельство пакости какой-нибудь не сотворил.

– А он может? – я усомнилась, если честно, в умственных способностях Владислава Андреевича.

– Еще как! – хмыкнул молодой человек. – Не представляете, на какие выдумки способны люди, чтобы облапошить ближнего. Я еще распоряжусь к нему охрану приставить, чтобы не убег и новых долгов на радостях не наделал.

Алим Осипович, как новый владелец поместья, сразу принялся распоряжаться и отдавать приказы. Мы с братом выйдем из тени после официального объявления графа Толпеева об удочерении в присутствии свидетелей и адвокатов. Процедуру назначили на следующий четверг, оставив в запасе неделю для подготовки. За это время поместье требовалось отмыть от грязи и пыли, освежить мебель, привести в порядок сад и подъездные дорожки. Для этой цели наняли штат прислуги, а то Лизе с Евдокией на пару не управиться. Сами мы переехали вечером того же дня, чтобы не стеснять Зельманов.

Мусечка прилетела наутро, чтобы проверить, как устроился сыночек, и пришла в ужас от неподобающего состояния дома. Собственно, нам как раз не доставало громогласной распорядительницы, чтобы командовать армией слуг и вернуть поместью былое величие.