Счет за счастье

 — Сергей, вы не подождете ее недолго внизу?

Ждал Ерема не меньше часа. Ульяна спустилась, села в машину и набрала в легкие воздух. Выдохнула с чувством облегчения.

— Что-то не так? — спросил Ерема.

— Да нет, все так… Да, кстати, ты понравился родителям. Особенно маме.

— Кстати?

Ерема почему-то думал, что разговор шел именно о нем, а не о ком-то другом. А что, если Венера Валерьевна уговаривала дочь вернуться к Кирюше. Мальчик из приличной семьи, блестящее образование, какой-то там Ерема ему и в подметки не годился.

— Что кстати? — не поняла Ульяна.

— Ничего."

"На следующий день Ульяна отправилась в университет. Сессия уже заканчивалась, впереди государственные экзамены и диплом о высшем образовании. Ерема гордился своей будущей женой, но тем не менее отправился вслед за ней. Она взяла такси, а он отправился за ней на своей «девятке».

Как чувствовал он, что Ульяна отправится за город. Так и оказалось, таксист привез ее на генеральские дачи. Место действительно отличное, сосновый бор, вкусный воздух, только вот дышалось Ереме не очень легко.

Ульяна скрылась во дворе большого деревянного дома. Своим ключом открыла калитку, а затем и дверь в дом. Никто ее не встречал. Это во-первых. А во-вторых, откуда у нее ключи от дома? Кто их дал? Если Венера Валерьевна, то почему? Разве дед не мог ей открыть?… Неужели на даче скрывался Кирюша? Но если да, то какого черта Ульяну к нему понесло? Или она каждый день ездила к нему? А почему бы и нет? И роман у них был, и тайной они повязаны.

Ерема не торопился. Если Ульяна спит с Кирюшей, то уже не важно, успеет он раздеть ее к его появлению или нет. Если спит, то все вопросы решительно отпадут. Как поступить с Ульяной, Ерема еще не знал, но Кирюшу он уроет у нее на глазах. Обязательно уроет!..

Хватило его минут на двадцать, не больше. На дрожащих от волнения ногах он вышел из машины. Ульяна почему-то не запирала за собой калитку, лезть через забор не пришлось. И в дом дверь почему-то открыта.

Ерема вошел в дом и оторопел. В каминном зале под лосиной мордой с рогами лежал Кирюша. Открытые глаза, неестественная поза, голова в крови, вокруг осколки стекла. Ерема сразу понял, что он мертв. Над покойником, с бутылочной «розочкой» в руке, стояла Ульяна. Волосы растрепаны, сарафан разорван, грудь обнажена. Пахло перегаром и кровью.

Ульяна встрепенулась, увидев Ерему, но тут же застыла в оцепенении.

— Я не хотела, — пробормотала он. — Он сам полез!

Ерема мог бы решить проблему. Труп в багажник, а затем куда-нибудь в реку или в землю. Для него это без проблем. Но в дом кто-то заходил. Судя по голосам, как минимум двое мужчин.

— Кирилл! — позвал незнакомый густой бас.

— Илья Игнатович, дед Кирилла! — Ульяна в ужасе смотрела на Ерему.